Споете ли вы, чтобы придать ему сил? Я спою за вас! Иначе для чего еще нужны гриоты?
Затем Адуке, каждой клеточкой тела дрожа от страха и триумфа, поклонилась с мрачной торжественностью. Я услышала за спиной бурные аплодисменты – Зури стоял и хлопал в ладоши. Я сделала то же самое, и благородные неохотно ко мне присоединились, хмуро глядя на Адуке, которая ушла с помоста, и слуги проводили ее прочь.
Только тогда я обратилась к собравшимся, напряженно улыбнувшись.
– А вот часть, которая вам понравится, – разнесся по двору мой голос. – Моя акорин не закончила историю. Вы наверняка знаете, как она заканчивается: Эгунгун доходит до врат в Ядро. Ира, хранители всех душ, приглашают его войти, но Эгунгун отказывается: он знает, что каждой человеческой душе придется страдать на этом пути, как страдал он. Так что он возвращается на тропу, и по сей день Эгунгун бьет в свой барабан в Подземном мире, ведя измученные души к последнему месту упокоения в Ядре. Дает надежду всем, кто присоединяется к Шествию Эгунгуна. – Я помолчала. – Сегодня я даю вам всем шанс повернуть назад. Искупить свою вину за злоупотребление властью, за бедность и нищету, которая процветает под вашим правлением. Возможно, сейчас это сходит вам с рук… но избежите ли вы последствий на своем пути к Ядру?
К моему бесконечному облегчению, некоторые благородные действительно выглядели пристыженными. Но большинство только хмыкнули, и громче всех – полководцы Зури, которые лишь презрительно рассмеялись.
– Неужели вы только для этого проделали весь этот путь сюда, Ваше Императорское Величество? – обратился ко мне самый наглый из них – воин с серьгами в ушах.
Он ухмылялся, демонстрируя позолоченные зубы. Зури предупреждал меня о нем: лорд Гакуру, хозяин самых больших известняковых шахт и кожевенных мастерских в Джибанти.
– Вы хотели напугать нас этими детскими сказочками? Вот как обстоит дело: или у короны хватит силы, чтобы заставить нас подчиниться закону, или нет. Это Собрание – сплошная демонстрация слабости. Мы не дети, чтобы стыдить нас и грозить нам пальчиком.
Полководцы усмехнулись. Я слышала, как Зури шевельнулся позади меня: я знала, что он не мог этого показать, но чувствовала, как он исходит яростью.
Я холодно улыбнулась.
– Вы не дети, – согласилась я. – Некоторые из вас настолько жадные, что готовы отхватить себе землю и ресурсы любой ценой. И именно на это я рассчитываю.
Недоуменный шепот разнесся по двору. Я бросила взгляд на Зури: он смотрел на меня с растущим любопытством.
– Как ваша императрица-Искупительница и Верховная Судья Аритсара, – произнесла я, – я объявляю Указ о Смотрящих. В течение следующего месяца корона будет лишать земель любых благородных, которые не откажутся от прав на ресурсы Кунлео в их владениях. Конфискованные земли перейдут во владение другому клану… который первым сообщит о преступлении.
Я наблюдала, как в головах у полководцев крутятся шестеренки. Самодовольное выражение постепенно ушло с их лиц.
– Вы будете следить друг за другом, – сказала я просто. – Многие кланы соперничали десятилетиями, и каждый с радостью ухватится за возможность получить собственность соседа по первому сигналу о нелегальных операциях. Бремя доказательства будет лежать на сообщившем. Но, поскольку на кону стоят земли, уверена, вы проявите находчивость. Спустя некоторое время – через пятнадцать или двадцать лет – земли будут возвращены изначальному владельцу, чтобы избежать накопления имущества у одного клана. Но мой указ выгоден всем сторонам. Итак… – Я скрестила руки на груди. – Что скажете, благородные Аритсара? Возражения?
Я приготовилась к возмущениям, но, к моему облегчению, двор притих. Жадность ощущалась в воздухе почти физически, как вуаль дыма. Я уже чувствовала, как они строят планы, паникуют, размышляют о том, как быстро они смогут обличить нелегальные операции соседей. Зури позади меня тихо присвистнул от восхищения:
– Дьявольский план, Идаджо! – протянул он. – Хотел бы я додуматься до него сам.
По двору снова стали передавать миски с орехами кола. Я задержала дыхание: один за другим лидеры кланов Олуона, Суоны, Кетцалы, Мью, Морейо и всех остальных королевств Аритсара откусывали от ореха и сплевывали на землю, принимая мой указ и торопливо покидая двор… все, за исключением полководцев Джибанти.