Желая избежать взгляда Коррадо, Хейвен села на пассажирское сиденье машины. Все ее вещи были сложены в коробки, расположившиеся на заднем сиденье – вся ее жизнь вновь была упакована и покоилась в автомобиле. На кухонном столе она оставила для Дии записку, в которой попрощалась с ней. Она не сообщила о том, куда направляется, но все же мотивировала свое решение, написав о том, что ей пора самостоятельно вставать на ноги. В записке Хейвен пообещала оставаться на связи, но, наблюдая за тем, как Коррадо вывернул на дорогу, ведущую к шоссе на выезде из Шарлотт, Хейвен задумалась о том, смогут ли они в действительности сохранить свою дружбу.
– Устраивайся поудобнее, – сказал Коррадо. – Нас ожидает долгая дорога.
– Сколько она займет?
– Вероятно, часов двенадцать.
Облокотившись на спинку сиденья, Хейвен повернула голову и устремила взгляд в окно.
– В прошлом году поездка в Калифорнию заняла три дня.
Глава 14
Кармин стоял в промозглом коридоре, облокотившись на стену возле приоткрытой деревянной двери, которая едва держалась на ржавых петлях. Доносившиеся из квартиры приглушенные крики, являвшиеся явным свидетельством агонии, заставили Кармина замереть на месте. Он не хотел видеть того, что там происходило – что бы это ни было.
Предоплаченный мобильный телефон завибрировал второй раз за день. Кармин медленно вытащил его из кармана, наперед зная, кто отправил ему сообщение. Сал дал ему этот телефон для того, чтобы члены la famiglia могли связаться с ним в любое время суток. Контакты отправителя были скрыты, сообщения были защищены от мониторинга. Первое сообщение с указанием адреса Кармин получил около часа назад. Одевшись, он покинул посреди ночи дом и преодолел несколько кварталов, дабы добраться до нужного места.
Но прийти по указанному адресу и зайти в квартиру – разные вещи.
Кармин просмотрел сообщение на своем телефоне: «Где ты?».
Он начал было набирать ответ, однако внезапно распахнувшаяся рядом с ним дверь прервала его планы. Дверь ударилась о стену как раз в тот момент, когда Кармин отшатнулся от нее. В коридор вышел приземистый, коренастый мужчина, круглое лицо которого казалось весьма и весьма суровым. На плече он нес арматурные кусачки. Не произнеся ни слова, он направился в противоположную от Кармина сторону. Следом за мужчиной из квартиры вышел Сал.
– Вот ты где, – сказал Сал, сосредоточив внимание на Кармине.
– Да, я… только что пришел.
– О, ты пропустил все веселье! – посетовал Сал. – Все уже закончилось.
– Черт, – Кармин незаметно вернул мобильный телефон на место, испытав облегчение. – Я пришел так быстро, как только смог, сэр.
– Ничего страшного, мой мальчик, – ответил Сал, приобняв Кармина за плечи. – Ты пропустил показательную часть, но это не помешает тебе взять кое-что на заметку.
Не дав Кармину возможности возразить, Сал потянул его за собой в квартиру.
Помимо старого деревянного стола, который был покрыт грязью, в помещении не было мебели. Сал провел его в ванную комнату, и Кармин замер в дверях, увидев в ванне тело. Рука мужчины была перекинута через край ванны и прикована металлической манжетой к раковине. Он был полностью раздет, ванна была наполнена кровью. Его карие глаза были широко распахнуты, на его бледном лице застыло выражение ужаса. Его голова и рот были обмотаны клейкой лентой.
Синий брезент на полу был покрыт кровью, однако большая ее часть пришлась на ванну и раковину – фарфоровая эмаль была усеяна ярко-красными пятнами. В ванной стоял стойкий металлический запах, от которого во рту у Кармина появился тошнотворный привкус меди.
Кармин отвел глаза, пытаясь избежать взгляда покойника. Сал рассмеялся, заметив его реакцию.
– Первый труп?
– Нет, – ответил он. – Вы же знаете, что не первый.
– Ах, да, Маура. И как я мог забыть?
Кармин вздрогнул. Он не имел в виду свою мать. Он говорил о перестрелке на складе, однако после слов Сала воспоминание о матери всплыло в его разуме.
Сал вывел его из ванной, когда в квартиру вернулись двое мужчин. Молча сняв манжеты, они достали тело из ванны и завернули его в брезент. Подхватив его с двух сторон, мужчины вынесли его из ванной. Это заняло у них всего лишь несколько минут – казалось, делали они это с точностью и опытом искусных мастеров.
– Важно помнить, что они – не люди, – сказал Сал. – Это паразиты. Вредители. Мы всего лишь истребляем тараканов, principe. Никто не хочет жить в грязи.
– Здесь жутко грязно, – заметил Кармин дрогнувшим голосом.
– Что поделать, мой мальчик, – отозвался Сал. – Не всегда все происходит подобным образом, но некоторые предпочитают именно его. К тому же, кто я такой, чтобы отказать мужчине в некоторой свободе действий?
– Вы – босс, – раздался позади них суровый голос. – Если Вы желаете, чтобы было чисто, то именно так все и будет.
Обернувшись, Кармин увидел мужчину, которого он встретил в коридоре. Белки его глаз казались пожелтевшими, а кожа приобрела пепельный оттенок. Похоже, в нем не осталось ни капли жизненного огня.
– О, я не возражаю, – сказал Сал, заглядывая в ванную. – По крайней мере, у нас нашлось занятие для ДеМарко.
Кармин побледнел.
– Что?
– Наведи здесь порядок, – приказал Сал, отпуская его. – Все должно быть в первоклассном виде – убедись в этом перед тем, как уйти. Мы будем на яхте. Присоединяйся к нам, если пожелаешь, когда закончишь.
Отдав Кармину приказ, он покинул квартиру, оставив его одного. Немного помедлив, Кармин вышел из дома и направился в магазин на углу, дабы приобрести необходимые средства для уборки. Купив тряпки, перчатки и чистящее средство, он провел следующий час за уборкой, вычищая до блеска ванную в опустевшей квартире.
Закончив, Кармин выкинул весь мусор в ближайший контейнер и вернулся пешком домой, с каждым шагом испытывая к себе все большее и большее отвращение – он стал противен самому себе.
Зайдя в дом, он разделся и откинул грязную одежду в сторону. Он поднялся на второй этаж и включил воду – дождавшись того, когда вода нагреется, он зашел в душ. Ванная комната наполнилась теплым паром, его кожа порозовела, вступив в контакт с кипятком. С неистовством он оттер каждый дюйм своего тела, испытывая ноющую боль в груди – душившие его эмоции грозили вырваться наружу. Пытаясь сдержаться, он подавил охватившие его эмоции и продолжил с силой отмывать тело, пытаясь смыть с себя ту грязь, что закралась в его душу.
После душа Кармин надел чистую одежду и спустился на первый этаж. В доме появилась мебель, доставленный накануне утром рояль, закрытый черным чехлом, занял свое место в углу гостиной. Комнаты были заставлены коробками и завалены вещами Кармина. В доме царил настоящий хаос – контейнеры от заказанной еды грудились на столешницах в кухне, на полу росла куча из мусора.
Открыв дверцу холодильника и проигнорировав урчание в пустом желудке, Кармин потянулся за бутылкой водки «Grey Goose». Отвинтив крышку, он поднес ее к губам и сделал глоток, наслаждаясь жжением в горле. Он надеялся на то, что его тело онемеет от алкоголя, а разум – очистится, позволив ему забыть о том, что он увидел этой ночью. Больше всего в этот момент ему хотелось избавиться от той боли, которая жила в нем, казалось, уже целую вечность, однако в глубине души он понимал, что ничто не заставит ее исчезнуть. Некоторая его часть бесследно исчезла – там, где когда-то было его сердце, образовалась зияющая пустота. Эту часть своей души он оставил с ней – она принадлежала ей, где бы она ни находилась.
Шарлотт? – думал он. Жила ли она с Дией? Чем она занималась?
Эти вопросы терзали его каждую ночь, но он держал их при себе. Его больше не касалось то, где она жила и чем занималась. Он больше не имел права спрашивать об этом. Он лишился его, когда оставил ее.
* * * *
Темно-красный логотип в форме цветка заметно выделялся на золотистом фоне широкого баннера. Хейвен стояла на тротуаре под ним и заворожено наблюдала за тем, как он раскачивается на легком ветру.