– Привет, – сказал охранник, проследовав за ним. – Ищешь Моретти?
– Да.
– Он отлучился ненадолго, – ответил мужчина. – Должен скоро вернуться. Можешь выпить и подождать его.
Пройдя в клуб, Кармин схватил с барной стойки полотенце и прижал его к ране на щеке. Осмотревшись по сторонам, он напрягся, заметив Реми, который сидел за столиком неподалеку в окружении девушек. Пребывая в замешательстве, Кармин ощутил нараставший внутри него гнев.
– Куда ты, блять, провалился? – сердито спросил Кармин, подходя к столику.
Когда Реми поднял голову, Кармин заметил его покрасневшие глаза и расширенные зрачки.
– Черт, чувак, что с тобой случилось?
– Что случилось? – Кармин горько рассмеялся, убирая полотенце. Белый материал пропитался кровью, при виде которой у него еще больше закружилась голова. – Случилось то, что у нас сегодня, блять, была работа, которую ты пропустил!
Резко выпрямившись, Реми потянулся за своим телефоном.
– Черт, черт, черт, – пробормотал он, просматривая пропущенные звонки и сообщения. – Я не слышал телефон, чувак. Я клянусь.
Схватившись за спинку ближайшего стула, Кармин потряс его, едва не скинув на пол сидевшую на нем девушку. Она вскочила на ноги и Кармин занял ее место, качая головой.
– Ладно, там все равно, блять, была засада.
– Черт! – Реми покачал головой. – Доки?
– Sycamore Circle.
– Пиздец.
Кармин покачал головой. Точнее и не скажешь.
– Слушай, чувак, выпей чего-нибудь, – предложил Реми, вставая. – Я проверю остальных.
– Дай мне… – попросил Кармин, схватив его за руку. – Мне нужно… блять, мне нужно хоть что-нибудь.
Запустив руку в карман, Реми достал небольшой пакетик с порошком.
– Не переусердствуй. К этому ты еще не привык.
Кармин проигнорировал его предупреждение. После того, как Реми ушел, он высыпал порошок на столик и беспечно, безрассудно начал вдыхать одну дорожку за другой. Он хотел взбодриться… прогнать страх.
Откинувшись на спинку стула, он принялся ожидать эффекта. Две или три минуты спустя он ощутил нарастающую эйфорию – интенсивную и ослепляющую. Упиваясь этим ощущением, он судорожно вздохнул, испытав облегчение и ожидая того, что эффект, вызванный наркотиками, будет плавно сходить на нет, однако этого не произошло. Ощущения нарастали все больше и больше, разрастаясь внутри него и поглощая каждую клетку его тела. Добравшись до его лихорадочно бьющегося сердца, наркотики замедлили его ритм до такой степени, что оно едва не перестало биться.
Дыхание Кармина превратилось в свист, его тело расслабилось – он больше не чувствовал ни страха, ни волнения. Он не чувствовал ничего.
Действие наркотика поглотило его с головой – резко и безоговорочно. Жжение в щеке сменилось покалыванием, глаза Кармина закрывались настолько быстро, что он едва не потерял сознание.
– Блять, – пробормотал он, проводя руками по лицу в попытке взбодриться и попутно размазывая кровь из раны по щеке.
Музыка внезапно смолкла, клуб стремительно погружался в темноту. Она распространялась повсюду, утягивая его за собой, однако знакомому голосу на мгновение удалось прорваться через мрак.
– Кармин!
Посмотрев в направлении звука, он несколько раз моргнул и увидел торопливо приближавшегося к нему Коррадо. Все происходило будто бы в замедленной съемке, движения подрагивали, словно при стробоскопическом эффекте. Кармин попытался заговорить, однако ему не удалось произнести ни слова.
– Не отключайся, – сказал Коррадо сосредоточенно и спокойно. Кармин мельком посмотрел на него, пытаясь подчиниться, однако наркотики оказались сильнее. Несмотря на причиняющую боль рану на щеке, он закрыл потяжелевшие веки.
Клуб погрузился в хаос, однако Кармин едва ли его заметил, потеряв сознание.
* * * *
Бип, бип, бип.
Распахнув глаза, Кармин прищурился от резкого света флуоресцентных ламп. Пиканье, исходившее от кардиомонитора слева от него, отдавалось эхом в небольшой, скромной палате. С каждым сигналом прибора на экране отражалось состояние сердечной деятельности Кармина. Его сердечный ритм был стабильным, устойчивым. Посмотрев на экран, он перевел взгляд на ведущие к его телу провода, попутно осматривая капельницы и закрепленные на его коже трубки. Он лежал на твердой кровати, одетый в больничную рубашку и прикрытый белой простыней.
Заметив движение в противоположной стороне палаты, Кармин повернул голову и неожиданно для себя самого отвлекся от своего положения. Коррадо стоял перед окном, засунув руки в карманы и смотря на большую парковку перед больницей. Он не обернулся и не произнес ни слова.
Прежде, чем Кармин успел бы осмыслить случившееся, в палате показалась медицинская сестра, следом за которой зашел доктор. Он был одет в белый халат, его возраст выдавала седина, в руках он держал папку-планшет. Нерешительно посмотрев на Коррадо, он поревел взгляд на Кармина.
– Мистер ДеМарко, я рад, что Вы очнулись.
– Да уж, – хрипло ответил Кармин. Откашлявшись, он продолжил: – Почему я здесь?
– Вы не помните? – спросил доктор, смотря на планшет. Кармин помнил задание, которое полетело к черту, и то, что он направился в клуб, дабы дождаться Коррадо. После этого он не помнил ничего. – Вас доставили несколько часов назад. Ваш организм отказал из-за передозировки.
– Передозировки?
– Ваши анализы показали наличие нескольких препаратов в Вашей крови, однако передозировка произошла из-за героина.
Кармин побледнел.
Героин?
Он не услышал ни слова из того, что доктор говорил о налоксоне и антидотах, реабилитационных центрах и долгосрочных побочных эффектах. Его охватил ужас, проникший в его кровь. Тело ломило, мышцы болели. Он чувствовал себя так, словно его сбил огромный грузовик.
– Мы сделаем еще несколько анализов, и завтра сможем отпустить Вас домой, – сказал доктор. – А пока что попытайтесь отдохнуть.
Посмотрев на Коррадо, доктор извинился, после чего удалился вместе с медсестрой. После его ухода царившая в палате напряженность усилилась. Кармин попытался подобрать нужные слова для того, чтобы объяснить произошедшее, но Коррадо опередил его.
– Правила просты, – сказал он, не отрывая взгляда от окна. – Их мало, но мы обязаны их соблюдать. Держись подальше от наркотиков и не привлекай лишнего внимания. Что из этого было тебе не понятно?
– Я… послушайте, я не думал, что все зайдет так далеко, я…
– Я не желаю слушать твои бессмысленные оправдания, Кармин. Сколько ты уже принимаешь наркотики?
– Несколько недель, – признался Кармин. – Полагаю, максимум два месяца.
– Полагаешь?
– Я, блять, не вел календарь.
– Ты будешь разговаривать со мной с уважением, – услышав тон Коррадо, Кармин ощутил пробежавший по позвоночнику холодок. Он не обращался к нему как к члену семьи, он разговаривал с ним как начальник с подчиненным. – Ты меня понял?
– Да, сэр.
– Хорошо. Как ты оказался на Sycamore Circle? Все знают, что это ирландская территория!
– Я… получил сообщение, – Кармин осмотрелся по сторонам в поисках телефона, и заметил свою одежду в куче на полу. – Я думал, что это был Ваш приказ.
– Вероятно, это был Сал, – пробормотал Коррадо едва слышно, качая головой. – Трое человек госпитализировали. Один находился при смерти. А ты просто скрылся… сбежал для того, чтобы нанюхаться наркотиков.
– Я искал Вас, – ответил Кармин в качестве защиты. – Там была засада. Они ждали нас.
– Разумеется, ждали. Они предупредили нас несколько недель назад.
Кармин промолчал. Он не знал, что сказать.
– Тебе известна история ирландцев и итальянцев в Чикаго? – спросил Коррадо, смотря на него и приподнимая брови.
Кармин нерешительно кивнул, кашляя.
– Они ненавидят друг друга.