Мэлдред вскочил на ноги, уронив стул и сжимая в кулаке пустой кубок.
- Я не считаю, что Дамон для меня важнее, чем ты, отец, или наши соплеменники. Я передал его наге и ее хозяину, дракону. Я сделал все, что должен был сделать, - словно марионетка. - Плечи мага поникли, когда он встретил недоверчивый пристальный взгляд отца. - Но не все запланированное удалось.
Доннаг понимающе кивнул:
- Сюда уже пришли несколько тварей Сабл. Они следят за нами. - Он нервно подергал золотые кольца, продетые в нижнюю губу. - Их немного, и появляются они нечасто, но всегда делают так, чтобы об их присутствии узнали. - Мэлдред прищурился. - Это… потомки. Черные. Ты знаешь, что это за существа. Наши подданные видели их на крышах.
- Где?
Вождь пожал плечами:
- Вокруг нашего дворца и в Старом Квартале. Нескольких - совсем недавно.
«Нет, вряд ли этих потомков посылала Сабл. Скорее, Нура или мглистый», - подумал Мэлдред.
Он сильно сомневался, что черная владычица пожелала бы наблюдать за городом людоедов. Возможно, нага ищет здесь Дамона,
- В Старом Квартале живет Угрюмый Кедар, - произнес маг, помня, что Змеедева много знает о нем и может решить, что Мэлдред пожелал доставить друга к известному целителю. Он действительно однажды привел Грозного Волка к Кедару, но людоед не смог тому помочь. Позднее Мэлдред узнал, что Угрюмый отказался лечить Дамона по приказу Вождя Доннага.
- Угрюмый Кедар жил в Старом Квартале,- с сожалением поправил Доннаг. - Угрюмый был очень стар, сын мой.
- Он умер? - Это слово оцарапало Мэлдреду горло. - Кедар умер?
- Мы устроили пышные похороны, отдали ему должное. Многие сановники говорили добрые слова. Мы скорбим о нем.
Мэлдред вцепился в край стола, так что суставы побелели:
- Умер!
В начищенном подносе маг видел свое лицо, освещенное колеблющимися огоньками стоящих на столе свечей.
«Почему я вижу себя? Почему чувствую гладкое дерево стола? Почему мое дыхание участилось?»
- Как случилось, что Угрюмый Кедар умер?
- Я уже сказал тебе, сын. Угрюмый был стар. Будь ты здесь, ты бы тоже выступил на траурной церемонии. Он очень любил тебя.
Мэлдред отпустил столешницу, сжимая кулаки в бессильной ярости.
- Я должен идти.
- Так скоро? Ты ведь только что пришел!
- Я же говорил, что на самом деле меня здесь нет. - Мэлдред резко повернулся. - Это только видение, созданное хрустальным шаром, а сам я далеко, очень далеко отсюда. - Он прошел мимо стражников. - Я вернусь, отец. Как только смогу, вернусь, уже без помощи кристалла. И я обещаю тебе найти способ остановить болото.
Сабар появилась возле Мэлдреда у самых ворот и пошла рядом. Он не обратил на нее никакого внимания, просто продолжал идти не оборачиваясь. Быстрыми, широкими шагами маг возвращался тем же путем, которым они сюда пришли, и оглянулся лишь тогда, когда они прошли знакомую таверну. Был туманный предрассветный час. Беседа с отцом, видимо, совсем не отняла времени. Возможно, кристалл искажал его ход, а возможно, и все остальное.
- Может быть, на самом деле Угрюмый жив, - с надеждой произнес Мэлдред.
Когда маг и Сабар дошли до дома Угрюмого Кедара, небо уже стало бледно-серым.
- Дом выглядит как обычно, - сказал Мэлдред.
- Он выглядит грязным, - ответила женщина. Старый деревянный фасад был покрыт трещинами, словно лицо старика - морщинами, окна закрывали ставни, на двери висел замок. Мэлдред не ожидал, что дом будет заперт, - Угрюмый не боялся воров.
Мэлдред безнадежно подергал за кольцо, затем повернулся к Сабар и поинтересовался:
- Ты говоришь, что физически я не здесь, но как я могу чувствовать этот металл на ощупь? Я ел в доме отца. Мне холодно. Я вижу, как при дыхании изо рта вырывается пар. Не понимаю, как такое может быть?
- У тебя богатое воображение, - ответила женщина. - Это и позволяет тебе чувствовать вещи, которые более слабые люди не восприняли бы. К счастью, в тебе достаточно магии.
- Да, - нахмурился Мэлдред, - я должен быть таким, каков я на самом деле. - Он одним движением руки сломал замок и толчком распахнул дверь. - Подожди минуту.
Пристальный взгляд мага скользнул по фасаду трехэтажного дома напротив, и он заметил тень, прячущуюся за единственным уцелевшим фрагментом зубчатого ограждения крыши.
«Жаль, не разобрать, кто это», - сказал Мэлдред себе.
Он постоял немного, держась за дверь и наблюдая за шевелящейся тенью, пока не почувствовал, как прохладные пальцы Сабар коснулись его запястья.
- Это напоминает…
Людоед, прищурившись, бросился внутрь лавки целителя:
- Потомок! Мерзкий потомок!
Сабар последовала за ним, закрыв за собой дверь. Мэлдред вытянул руку, пробормотал древнее заклинание, и на его ладони появилась светящаяся сфера.
- Угрюмый! - позвал маг, но ответа не было, и через минуту он снова окликнул: - Угрюмый Кедар!
Внутри, как и всегда, было чисто. Стояли два стола и несколько табуретов, так чтобы пациентам было куда присесть и принять целебные смеси или, изредка, поиграть в кости на деньги. За стойкой был дверной проем, прикрытый занавесом из раскрашенных фаланг пальцев, который вел в комнату, где Угрюмый лечил пациентов травами и магией.
Мэлдред отвел занавес - кости фаланг с клацаньем сомкнулись за ним. Сабар бесшумно скользнула следом.
- Угрюмый! Угрюмый Кедар!
- Его нет здесь.
Существо, медленно поднявшееся с кровати, оказалось самым низкорослым людоедом из всех, кого магу когда-либо доводилось видеть. Он был ужасно худым, ростом не превышал семи футов, а мускулы на руках едва прорисовывались.