Снова взглянув на руку Алекса, я замечаю лежащий рядом с ним дневник. Его карандаш зажат между страницами примерно на две трети книги.
— Ты много свободного времени проводишь за письмом? — спрашиваю я, кивая на книгу. — Пейшенс сказала, что в школе ты писал рассказы и стихи и что у тебя неплохо получалось. Я сама никогда не была писательницей, но всегда восхищалась людьми с творческой натурой.
Наклонившись вперед, я осмеливаюсь провести пальцами по кожаному дневнику. На нем выгравирован узор, который я не узнаю. Два завитка, почти похожих на зеркальные буквы С, обвиты лозой. Это напоминает мне изящные узоры, нарисованные на лошадках карусели на ярмарке.
Причудливо. Таинственно.
Алекс притягивает дневник к себе.
— Прости. Я не должна была его трогать.
Я пересекаю черту, находясь здесь, в его комнате. И каждым своим словом, каждым движением я, вероятно, заставляю его пожалеть, что он оставил дверь открытой.
Алекс не встречает моего взгляда, открывая дневник на странице с карандашом. Его глаза бегают по строкам, пока он читает то, что там написано. Через долгое время он наконец поднимает на меня глаза и, к моему удивлению, протягивает мне дневник.
— Ты уверен?
Он кивает, и я беру дневник.
Кожаная обложка гладкая на ощупь, страницы толстые и прочные. Дневник тяжелее, чем я ожидала. Но дело не только в качестве кожи, а в весе того, что он мне дал.
Взгляд в душу Алекса Ланкастера.
Почему он считает, что мне можно доверять эту информацию?
Алекс не спускает с меня глаз, пока я прислоняюсь к подоконнику с дневником в руках. Мои пальцы скользят по его почерку, как по частичке его самого. Буквы Алекса неровные. Все края острые. Никакой мягкости.
Страница почти пуста, но вверху набросано несколько предложений, и что-то заставляет меня прочитать их вслух.
В твоих глазах гаснут звезды.
Даже ночь не выживает в такой кромешной тьме.
Черная дыра оскаливается по твоей прихоти, а мы все слишком уставились, чтобы почувствовать, как неумолимо затягивает воронка.
Говорят, сделай вдох.
Закрой глаза.
Но в этой ночи нет ни капли спасения.
Это разбивает сердце, даже если я не до конца понимаю.
Слова, которые намекают на ум, который я не могу понять. Но я все равно пытаюсь. Цепляюсь за его слова, читая их снова и снова. Я представляю себе его голос, даже если не имею представления, как он звучит.
Мне хочется перевернуть страницу. Вернуться назад. Продолжить читать. Узнать все, что можно, о человеке, который ведет войну в своей голове. Должно быть, это очень утомительно. Но я знаю, что не стоит настаивать, поэтому с неохотой закрываю дневник на странице, которую он мне показал, и возвращаю ему.
— Спасибо, что позволил мне прочитать.
Он кивает, пряча дневник за спиной.
— У меня иногда бывают кошмары, — признаюсь я, чувствуя, что, раскрыв секрет, я обязана раскрыть и свой. — Не знаю, о чем ты говорил в этом отрывке, но это напомнило мне о них. Я пытаюсь убедить себя, что со временем они уйдут. Но в этом и проблема вещей, которые наполовину выдумка. Они никогда не уходят.
Я снимаю резинку с запястья и собираю волосы в хвост, внезапно почувствовав жар, когда Алекс смотрит на меня.
Я никогда не хотела читать чьи-то мысли так, как хочу читать его, просто чтобы узнать, о чем он думает.
Вероятно: почему эта девушка еще не оставила меня в покое?
Я туже затягиваю хвост и опускаю руки на колени.
— Иногда я говорю себе, что кошмары — это не так уж плохо. По крайней мере, я могу от них проснуться. И по крайней мере, они означают, что я не забыла совсем.
Я говорю слишком много, даже если не говорю ничего. Но я не могу себя сдержать. Алекс кажется мне безопасным местом в мире, который таковым не является.
— В любом случае, тебе не интересно слушать мои разговоры о моих привычках сна. У тебя наверняка есть более важные дела. — Я сжимаю пальцы на коленях, избегая его взгляда. — Кроме того, я в порядке.
Если я буду повторять это достаточно часто, я в это поверю.
Я в порядке.
Я в порядке.
— Я должна дать тебе поспать. — Я улыбаюсь и встаю. — Спасибо, что составил мне компанию сегодня вечером. Знаю, что я как бы заставила тебя, придя без предупреждения, но я все равно тебе благодарна.
Алекс пожимает плечами, и это...
Почти игриво?
Или, может, я просто не умею читать людей.
Я встаю, и Алекс следует за мной, внезапно возвышаясь надо мной и заставляя меня задрать голову, чтобы встретить его взгляд.