Он протягивает руку к зеркалу перед нами и начинает медленно проводить пальцем по конденсату, рисуя букву за буквой.
Глубокие шрамы на его предплечье находятся достаточно близко, чтобы я могла их хорошо рассмотреть. Я всегда думала, что его ожоги были вызваны огнем, но я никогда не забуду, что пламя делает с кожей, когда этот запах не дает мне уснуть по ночам. Увидев шрамы Алекса, я понимаю, что его отметило нечто другое.
Кипяток?
Раскалённое железо?
Сколько вещей могут оставить такие рубцы?
Мое дыхание учащается.
Сердце бьется под грудиной, как песня колибри.
Алекс прижимает меня к стойке так сильно, что болят кости. Но я не отстраняюсь. Не сопротивляюсь.
Я пришла сюда ради него.
Он пишет сообщение на запотевшем зеркале. Первое слово уже исчезает, когда он заканчивает последнее. Его ореховые глаза следят за мной сквозь размазанные буквы, и я вижу живую, дышащую ярость человека, которого все считают мёртвым.
Когда он наконец опускает руку, я читаю его сообщение.
Тебе не следовало сюда приходить.
С трудом сглотнув, читаю еще раз.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не успеваю. Одним быстрым движением Алекс практически поднимает меня и выносит из своей комнаты. Он ставит меня на ноги прямо у двери, и когда я поворачиваюсь, чтобы спорить, то едва успеваю увидеть его холодный, опытный взгляд, прежде чем дверь захлопывается у меня перед носом, и я остаюсь одна в пустом коридоре.
11
СКОЛЬЖЕНИЕ
АЛЕКС
С другой стороны двери раздаются шаркающие звуки. В дерево ударяется что-то мягкое, вероятно, это голова Милы, прислонившаяся к двери. Я прижимаюсь ладонями к поверхности и пытаюсь не обращать внимания на то, как ее сердце билось в груди. На то, как ее дыхание щекотало мою шею.
Как она прикоснулась ко мне.
Глубокий вдох.
Медленно выдох.
Я закрываю глаза, но вижу только ее глаза, устремленные на меня. Разбитые и умоляющие ответить на вопрос, который она боится задать вслух. На который я не ответил бы, даже если бы она спросила.
Некоторые границы нельзя переступать. Она бы этого не пережила.
Я отрываюсь от двери, оставляя ее одну по ту сторону. Подпитывая ту ненависть, которую она будет разжигать, пока не забудет, что я когда-то вошел в ее жизнь.
Так лучше. Она знает, что я сделал, даже если сейчас она лжет себе. В какой-то момент она позволит этому стать причиной бояться меня.
Подойдя к тумбочке, я достаю телефон, спрятанный в заднем ящике.
Эти стены выполнили свою задачу, но барьер рушится.
Я проскальзываю.
Есть только один способ вернуть контроль.
Я листаю телефон, пока не нахожу нужный номер. Это не сделает то, чего хотела Мила сегодня вечером, более возможным, но пора.
Отправив сообщение, я едва успеваю досчитать до трех, как получаю ответ.
Алекс
Я в деле.
Деклан
Хорошо. Увидимся завтра.
12
ОН ЗАЖИГАЕТ СПИЧКУ
МИЛА
Пейшенс останавливается в дверях, неся свежеупакованную сумку с одеждой. Ее белокурая коса растрепанна от того, что она переделывала ее много раз. Она провела весь день, собирая вещи для летней стажировки с Вайолет, и завтра они уезжают, что официально знаменует конец нашего второго курса.
Я думала, что буду радоваться этому моменту. У меня еще никогда не было целого лета только для себя. Но с каждым днем, проходящим в последние недели, я все больше боялась мысли о том, что мои подруги уезжают. Особенно после всего, что произошло в последнее время.
Окси наконец выписали из больницы, но он до сих пор не раскрыл, кто на него напал. Я слышала слухи, что это была ссора с Сигмой Син. Если это так, никто никогда не узнает правду.
Марко, как и всегда, настаивает, что вернет меня, и с каждым днем становится все более агрессивным. Сладкие речи превратились в эмоциональную войну, и он ищет новые способы убедить меня, что с ним стоит встречаться.
А еще есть таинственные угрожающие СМС, которые начали приходить пару недель назад. Первое пришло сразу после того, как я рыскала в доме Сигмы в поисках ответов.
Неизвестный
Продолжай искать, и ты закончишь как она.
Когда я попыталась позвонить по этому номеру, никто не ответил. Но сообщение было ясным. Человек, убивший Реми, наконец-то вышел на мой след. Он знает, что я ищу, и собирается помешать мне раскрыть его личность.
Как будто этого было недостаточно, я все еще не могу выбросить из головы Алекса.