Выбрать главу

— Никто не смотрит, — Марко отмахивается от него. — Если Алекс хочет доверять ей только потому, что трахает ее, пусть доверяет.

Мне не нравится, что Марко использует то, что я делаю с Алексом, в своих интересах, хотя это не его дело. Мужчины трахают, кого хотят, но боже упаси женщину сделать то же самое.

Используя эту мысль как топливо, я шагаю вперед и беру первый нож из ряда шести, лежащих на столе. Тот, кто отвечает за это, безрассудно оставил их здесь. Когда это была моя работа, ножи никогда не покидали меня.

Я медленно поворачиваю запястье, оценивая вес рукояти и остроту лезвия. Нож, который я бросила в офисе, технически не был метательным, но этот мне кажется родным.

Я поворачиваюсь к Алексу, который даже не вынул руки из карманов, стоя лицом ко мне. Его лицо совершенно бесстрастно, и я задаюсь вопросом, настолько ли он мне доверяет или же перестал бояться смерти, уже однажды пережив ее.

— Боишься? — дразнит Марко слева от меня.

Я бросаю на него гневный взгляд, ненавидя то, как легко ему отмахнуться от меня и обращаться со мной, как с ничтожеством. Я сосредотачиваюсь на этой мысли, поднимаю руку, глубоко вдыхаю и блокирую Марко и карнавальную музыку. Я игнорирую запах попкорна и голоса вокруг.

Я сосредоточена только на Алексе, который молча передает мне доверие, которого я не заслужила.

С этой мыслью в голове я отвожу руку назад и бросаю нож.

Алекс даже не вздрогнул, когда нож вонзился в дерево рядом с его головой. Как будто ему действительно было все равно, попаду я в него или нет.

Марко, по крайней мере, замолчал рядом со мной, а Мэддокс кричит, а девушка рядом с ним хлопает. Это мило, даже если ее спотыкание говорит мне, что она пьяна.

— Это была удача, — фыркает Марко. — Держу пари, ты не сможешь повторить.

Я знаю, что комментарий Марко раздражает меня, поэтому стараюсь не принимать его близко к сердцу.

— На что поспорим? — Я не могу сдержаться. — Если я снова попаду в цель, ты наконец оставишь меня в покое?

Марко сужает глаза.

— Если ты снова попадёшь в цель, не задев Алекса, я оставлю тебя в покое на всю следующую неделю. Но я уже предупреждал тебя, что это ещё не конец, малышка.

Я закатываю глаза, когда он подмигивает, жалея, что он не встал на платформу, чтобы я могла промахнуться специально. По крайней мере, его предложение оставить меня в покое на неделю — это уже что-то. Поэтому я беру второй нож и бросаю его.

Лезвие вонзилось в другую сторону мишени, в сантиметре от плеча Алекса.

Я бросаю ножи один за другим, пока последний из шести не вонзается в четверть дюйма от ноги Алекса. Только тогда я выдыхаю воздух, который задержала в легких. Я не врала, когда сказала, что давно не тренировалась. Даже если Алекс и не боялся, что я его пораню, я рада, что этого не произошло.

Удовлетворенная улыбка согревает мои щеки, и этого достаточно, чтобы растопить ледяное выражение лица Алекса.

Он ухмыляется, как будто я его удивила. Впечатлила. Одно это уже стоит того.

С гордостью в глазах Алекс протягивает левую руку назад и хватает рукоятку ножа, торчащего с правой стороны головы. Он вытаскивает его из дерева и делает шаг вперед.

В одну секунду его глаза на мне. В следующую — он швыряет нож в воздух между нами.

Клинок попадает в плечо Марко.

24

ТЫ НЕ ПОМОГАЕШЬ

АЛЕКС

Деклан

Я понимаю, что ты последние пару лет провёл в психиатрической лечебнице, но некоторые вещи не изменились. Ты всё ещё не можешь бросать ножи в людей посреди карнавала.

Коул

Марко сам напросился.

Деклан

Поэтому, как только Алекс вышел из больницы, я сказал ему, что он может смело тащить Марко в подвал и разбираться с ним. Но на карнавале, на глазах у половины города?

Алекс

Ты хочешь, чтобы я извинился, Дек? Потому что ты этого не получишь.

Коул

По крайней мере, они и так считают его сумасшедшим. Жаль, что я не поторопился с Лиамом.

Деклан

Хорошо, что ты не сделал этого. Публичные сцены приводят к неприятностям. Или ты забыл ситуацию с Никсоном?

Коул

Кстати, о том, что доставляет удовольствие...

Деклан

Ты не помогаешь.

Алекс

А ты забыл половину того дерьма, которое я помог тебе убрать за последний год. По-моему, я помню, как расчленил члена Палаты представителей в художественной студии Тил, потому что кто-то решил поэтично выразить свои чувства своей девушке. Ты мог хотя бы выбрать подвал. Там есть слив.