Пейшенс кивает.
— Я не просила его об этом. Я даже не хотела, потому что знала, что это вызовет больше проблем, чем мы сможем решить. Но он не послушал, и мой отец воспользовался этой ошибкой, чтобы привязать Алекса к той сделке, которую они заключили.
— Когда это было?
— Когда мне было шестнадцать.
Значит, это было, когда мне тоже было шестнадцать. Примерно в то время, когда умерла Реми. По моей спине пробегает холодок.
— Я убеждала себя, что все в порядке, потому что Алекс просто защищал меня, и, несмотря на все его недостатки, он заботится обо мне. Но правда в том, что это не оправдывает его поступки и не делает их правильными. Как бы я ни ненавидела дом Сигмы, я знаю, что он не лучше них. Единственное отличие в том, что я люблю его, поэтому предпочитаю лгать себе. — Слеза скатывается по ее щеке. — Как бы я ни была злая за то, что случилось с Алексом на суде, я думала, что это заставит его измениться. Я думала, что врачи вылечат его от той болезни, которую он таил в себе с детства. Алекс должен был оказаться в психиатрической лечебнице задолго до того, как его туда отправил Совет, хотя это и не помогло бы ему.
По крайней мере, в этом мы с ней согласны.
— Но потом он вышел, и теперь мы вернулись к тому, с чего начали. Он заключает сделки с моим отцом, и они вдвоем причиняют боль всем вокруг. — Она бросает на меня взгляд.
— Если это предупреждение, чтобы я держалась подальше от твоего брата, если не хочу пострадать, то я сегодня вечером поняла его очень ясно.
— Я так и подумала, учитывая, как ты ушла. — Пейшенс улыбается грустно. — Но я также знаю своего брата и могу сказать, что он заботится о тебе, так что все не будет так просто. Он не сдастся так легко.
— Я не коврик, по которому он может ходить, как ему вздумается.
— Я не говорю, что ты такая. Но я никогда не видела тебя такой с кем-либо. Ни с друзьями. Ни с Марко. Я никогда не видела, чтобы ты так переживала из-за кого-то, Мила. Алекс значит для тебя многое.
Я опускаю взгляд на руки, лежащие на коленях, потому что она права. После того, как Марко изменил мне, я была ранена и унижена, но я не плакала. В животе не было такого узла, как сейчас.
— Я не знаю, смогу ли я простить Алекса за то, что он сделал.
И не из-за крови на его руках. А потому, что я не знаю, узнаю ли я когда-нибудь от него всю правду.
— Ты не обязана его прощать. Ты даже не обязана с ним разговаривать. Я пойму, если ты не захочешь.
— Тогда зачем ты мне все это рассказываешь?
— Потому что я понимаю, и тебе нужно знать, что ты не одна. Я знаю, как больно любить его.
Пейшенс останавливает машину. Я была так погружена в разговор, что не заметила, как мы доехали до общежития.
— Я не люблю его.
— Хорошо. — Пейшенс не спорит со мной, что только еще больше расстраивает меня.
Я ненавижу его. Я не могу его любить.
— В любом случае, я здесь, если тебе понадоблюсь.
— Спасибо. — Я пытаюсь улыбнуться, но улыбка не достигает моего лица. — Но тебе не стоит об этом беспокоиться сейчас. Ты должна наслаждаться летом, отдыхать от школы, от семьи. От брата.
Теперь я наконец понимаю, зачем ей это было нужно.
— Я стараюсь. — Ее взгляд устремляется в окно. — Кстати, мне действительно нужно ехать в аэропорт. Я приехала на ужин, не задерживаясь. Я не ожидала...
— Массовый хаос между твоей лучшей подругой и братом? — заканчиваю я ее фразу.
— Что-то в этом роде. — Она хмурится. — Алекс сказал, что я могу взять его машину, чтобы отвезти тебя сюда, а его друг из Сигмы Син позже заберет его.
— Как мило с его стороны.
Пейшенс закатывает глаза.
— Ты будешь в порядке?
— В конце концов, да. Но не волнуйся. Наслаждайся временем в Лос-Анджелесе.
Пейшенс выглядит растерянной, поэтому я быстро обнимаю ее и вылезаю из машины, не давая ей времени передумать. Она пересаживается в другую машину и ждет, пока я доберусь до общежития, чтобы уехать.
Мы дружим достаточно долго, чтобы я знала, что могла бы попросить ее остаться, и она бы осталась.
Часть меня жалеет, что я этого не сделала.
34
ПРАВДА
МИЛА
Тишина в общежитии пугающая. Небольшое количество студентов, которые остались учиться в кампусе, по выходным уезжают из города, и их становится еще меньше. А сегодня, когда здесь так пусто, наверное, в доме Сигма устраивают вечеринку для всех, кто остался.
В вестибюле тихо, а в лифте царит ошеломляющая тишина. Я прислоняюсь к задней стене и думаю обо всем, что сказала Пейшенс.
Когда я поступила в академию Браяр, чтобы быть ближе к дому Сигмы, я надеялась, что это приведет меня к тому, кто был на карнавале в ночь смерти Реми. Я не ожидала, что это приведет меня к Алексу.