Но последовавшие за выходом книги события перевернули все мои представления о достоинствах с ног на голову. Нет, проблема заключалась не в рецензиях или критиках. Дело было в другом!
Когда я брался за написание, то преследовал цель донести горькую правду до доверчивой девушки, обманутой мужем и лучшей подругой. До девушки, существующей лишь на бумаге, как и остальные персонажи этой истории! Но судьба-чудачка распорядилась иначе, преподнеся мне самый горький из когда-либо полученных уроков.
Погнавшись за реалистичностью, я слишком близко подошёл к границе между явью и вымыслом. По всей видимости, притупившаяся бдительность местами случайно распахнула завесу тайны, и правда через открывшиеся бреши сумела-таки выбраться наружу. Ни метафоры, ни аллегории, ни сравнения, ни даже перевоплощения не сумели сохранить в неприкосновенности запретный образ прототипов действующих лиц моего повествования.
Я явно недооценил женскую проницательность. По старой доброй привычке, в числе первых прочитав мой рассказ, Света - настоящая, а не вымышленная – без особых усилий сумела разгадать литературный ребус. Мои безрезультатные попытки убедить её в беспричинности подозрений в адрес Андрея разбивались словно волны о неприступный гранитный утёс. Да и как выяснилось в процессе разговора, увещевания эти не имели уже никакого смысла, потому что обманутая жена напором и ухищрениями добилась признаний от бывшей любовницы своего мужа ещё до того, как я, осознав масштаб произошедшего, впопыхах примчался к ней.
Невозможно передать словами, какая буря разразилась по моей вине! Света, не оставив Андрею ни единой возможности для оправдания, забрала сына и ушла. Вскоре она подала на развод. С горя, мой лучший друг, считавший меня теперь злейшим врагом, за́пил.
Дав душевной ране Светы затянуться, я, спустя некоторое время, попытался с ней связаться. Но во время нашего последнего телефонного разговора она недвусмысленно дала понять, что не желает больше меня ни видеть, ни слышать. Как и Андрей. В обоих случаях причиной стала правда! Ослепляющая жажда успеха и справедливости сделала меня недальновидным, разрушив судьбы близких мне людей.
***
Александра переполняли эмоции. В груди не хватало воздуха, сердце безудержно колотилось, по телу пошла ощутимая дрожь. Отец Иоанн, обеспокоенный состоянием собеседника, заботливо взял его руку в свою и предложил ему сделать небольшой перерыв.
- Знаете, Александр, ваше желание вполне понятно и даже логично. Ложь – это страшная, беспощадная, губительная вещь! Но важно понимать, что и справедливость справедливости рознь. Порой она тоже может стать весьма разрушительным оружием. Её колюще-режущей частью служит правда. А правда обоюдостра́! При неосторожном или неумелом применении она способна ранить как обличаемого, так и самого обличителя. Правдой ни в коем случае нельзя бросаться, её требуется аккуратно передавать из рук в руки.
- Вы абсолютно правы, отец Иоанн! Жаль, что осознание приходит к нам так поздно. Именно поэтому закономерным итогом погони за призраками стало то, что в какой-то момент мне пришлось вернуться из придуманного воображением мира в далёкую от совершенства реальность. В ней моя жизнь являла собой огромный ворох пожелтевших от бесполезности листов бумаги, испещрённых выцветшими чернильными строчками.
Вместо того, чтобы воспользоваться безграничными возможностями пера и сделать Вселенную хоть на чуточку светлее, я умудрился собственноручно погрузить себя и близких мне людей в такой беспросветный мрак, где мы уже никогда не сумеем найти друг друга! Я возненавидел себя. Несмотря на неоспоримый успех, мне опротивел тот роман. С тех пор книг я больше не пишу! Мечта так и осталась всего лишь мечтой, которой уже никогда не суждено осуществиться. Теперь моя работа - печатать аналитические статьи для одного известного периодического издания, не сильно тяготеющего к правде.
- Ваша мечта так и осталась мечтой, потому как истинную ценность для человеческой души имеют покаяние и искупление, а не осуждение. Осуждающий других запускает круговорот взаимных упрёков, обид, гнева и тщеславия, среди которых становится почти невозможно определить, где правда, а где ложь. Зла от этого на Земле меньше не становится. Лишь осуждающий себя не позволяет греху множиться.
***
Александр завершил своё краткое жизнеописание. Но даже после этого, мысленно, он по-прежнему находился там – в недавнем и, одновременно, таком далёком прошлом. Прошлом, в котором он оставил друзей, мечту и покой.