– Не буду я лежать, – решительно запротестовал Стас. – У меня дел куча. К тому же я вполне хорошо себя чувствую.
– Ну, на ваше усмотрение, – не стал протестовать доктор. – В общем-то, строгих предписаний к постельному режиму нет. Главное, не переутомляйтесь и питайтесь как следует.
– Уж это я точно могу вам обещать, – заверил Стас. После недельного голода у него было такое чувство, что теперь он вообще никогда не наестся досыта, так и будет постоянно поглощать еду, не испытывая чувства насыщения. Он слышал, что так бывает у каких-то животных, кажется, у птиц…
Едва дверь за доктором закрылась, Стас тут же, невзирая на ахи и охи Светланы Давыдовны, поднялся с кровати и отправился в ванну. И там впервые за все это время полюбовался на себя в зеркало. Ну и видок же у него был! Физиономия бледная, осунувшаяся, вся в царапинах и ссадинах, нос отчего-то заострился, глаза ввалились и блестят каким-то лихорадочным блеском, вокруг них залегли темные тени. Седых волос, похоже, здорово прибавилось, а отросшая за неделю нелепая борода торчит в разные стороны неопрятными клоками. Ужас, да и только! Как хорошо, что Олеся его не видит! Попадись он ей сейчас на глаза – наверняка в обморок бы упала. Кстати об Олесе, надо ведь ей позвонить… Выйдя из ванной, Стас отыскал один из своих айфонов, который за это время уже, конечно, давно разрядился, сунул вилку в розетку и, подождав немного, набрал номер Олеси. Механический голос сообщил, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Тогда Стас позвонил Головину и попросил приехать минут через сорок. А сам вернулся в ванную, побрился, с наслаждением погрузился в теплую ароматную воду джакузи и включил режим массажа.
К тому моменту, когда Головин переступил порог его квартиры, Стас уже успел вернуть себе почти прежний облик. Пригласив начальника службы безопасности в гостиную, где домработница только что нарядила серебристую искусственную елку, Стас опустился в одно из низких глубоких кресел, указал на другое Сергею и попросил:
– Давай излагай все с самого начала.
Головин уже подготовился к этому разговору, поэтому рассказ занял у него не слишком много времени. Стараясь выражать свои мысли как можно яснее и четче, он кратко, но в то же время исчерпывающе передал своему шефу всю суть интриги, замысленной и исполненной банкиршей Ветровой. И вскоре Станислав уже в подробностях узнал о том, как стареющая женщина, всеми силами стремящаяся удержать при себе смазливого молодого любовника, придумала, как отобрать у него бизнес, как она наняла людей для убийства его партнера Андрея Вячеславовича Жданова и как сумела настолько ловко подтасовать улики против него, Станислава Шаповалова, что полицейские действительно сочли его виновным и чуть было не арестовали.
– Зашибись! – только и смог сказать Стас, когда эта часть повествования подошла к концу. – Она ведь дружила с моим отцом… У них, кажется, даже романчик был. И мне она всячески выражала свою симпатию… А тут вдруг решила отжать у меня бизнес. Как до такого можно дойти?
– Не зря говорят, чужая душа – потемки, – пожал плечами Сергей. – А женская – и вовсе полный мрак. Впрочем, на наше счастье, задумала она свою аферу тоже очень по-женски – довольно примитивно. Будь ее интрига хоть немного сложнее, мы никогда бы не докопались до истины.
– Да, и правда, как тебе удалось ее разоблачить? Да еще так быстро? – заинтересовался Стас.
– Ну, это не столько моя заслуга, сколько моего друга, – отвечал Сергей. – Помните, я как-то рассказывал вам про своего сослуживца Юрку, который работает на Петровке, в отделе аналитики? Он очень потрудился для меня, собирал всю информацию и постоянно держал меня в курсе дела.
– Понятно, – кивнул Станислав. – Будь уверен – я не забуду его как следует отблагодарить. И все-таки как же получилось отвести от меня подозрения?
В ответ Головин рассказал обо всех своих действиях, которые предпринял с первой минуты, как узнал об исчезновении шефа. А когда и эта часть истории подошла к концу, сам задал вопрос: