— Да, хочу, — спокойно сказала Катя. Не запрыгала, как прежде, когда он дарил ей книжки.
Ну вот, ей уже и сказки не так нужны, вдруг с грустью подумал дядя. Девочка исчезает, быстро уходит в прошлое. Летом от лая собак отказалась, сейчас и сказки ее не обрадовали. Нет, не в прошлое, а в будущее она уходит. И это хорошо. Соня Перовская в ее годы тоже, наверное, уже расставалась с детством.
— Что же ты, милый братец, до сих пор не женишься? — спросила сестра (тут она не задевала его тайны: не из-за дел своих он оставался холостяком).
— Просто не нашел еще ту женщину, какая предназначена мне в жены, — сказал он.
— И долго будешь искать?
— Собственно, я и не ищу ее. Рано или поздно встречу.
Может быть, после каторги, подумал он. На каторгу идти без подруги. С Сергеем Синегубом пойдет Лариса. Аня Кувшинская двинется за Чарушиным или вместе с ним, если угодит в Петропавловку до того, как его отправят в Сибирь. Сердюков с Любой Корниловой успели обвенчаться до тюрьмы. Натансон живет в ссылке с Ольгой Шлейснер. Что же ты-то, в самом деле, не можешь найти подругу?
— Тургенев встал на твоей дороге к той женщине, — сказала Елена. — Как ты летом говорил? Тургенев виноват — создал слишком высокий идеал женщины. Да, таких, каких он с любовью описывает, в жизни совсем мало.
— Но ведь есть же, Леночка, есть. Такова ты, милая моя сестрица. Встречу такую, как ты, немедля женюсь.
— Дядя Петя, а кто написал эти «Сказки Кота Мурлыки»? — спросила вдруг Катя.
— Вагнер, Каточек, — сказал Кропоткин, обрадовавшись. — Николай Петрович Вагнер. Он профессор зоологии, но и пишет сказки. Прекрасные сказки.
— Покажите, пожалуйста, книгу.
— С удовольствием. Леночка, уже темнеет, пускай подадут свет.
Елена кликнула горничную, и та вскоре принесла яркую настольную лампу. Кропоткин вынул из портфеля книгу, подал ее Кате. Та поспешно перелистала ее и протянула дяде:
— Прочтите какую-нибудь, я люблю, когда вы читаете.
— Хорошо, Каточек, прочту. — Кропоткин надел очки. Последний раз ей читаю, подумал он. В следующие дни не удастся. С утра до поздней ночи встречи и разговоры с московскими товарищами, потом в Петербург, а потом… — Прочту тебе «Макса и Волчка». Сказка о двух очень разных мальчиках. Садись, Каточек, ближе.
Катя села рядом.
— «Макс проснулся поздно…» — начал Кропоткин.
И пошел, пошел рассказ о проказливом, но очень впечатлительном мальчике, как он живет, всеми любимый, в барском доме, как бабушка прощает ему любую шалость. Но шалит и проказничает он только днями, а ночами все думает, почему солнце не всегда светит, почему не все люди живут хорошо. И однажды он уходит в темный лес, где, по рассказам бабушки, живет леший, а по его догадке — тот, кто правит миром и у кого можно выпросить счастье всем людям. Заблудившись, он долго бродит по жутким дебрям. И вот падает в отчаянии на землю, рыдает и кричит, зовя бабушку. И в это время с дерева спускается ловким зверьком лесной мальчишка — Волчок. Волчок смеется, из леса вывести не хочет, но берет Макса под свое покровительство. И они живут в лесной глуши, Волчок ловит силками куропаток, кормит товарища, а Макс рассказывает у костра сказки, пробуждая в одичавшем мальчишке заглохшие человеческие чувства. Однажды и Волчок поведал «сказку» о своей жизни на фабрике, где он работал с утра до ночи, чтоб в конце недели принести домой пятак. Его дружок Сенька захворал, не смог заработать пятак и стал вымаливать у других мальчишек. Никто ему не помог, и тогда Волчок отдал дружку свой недельный заработок. Сенька сжал пятак в ладошке, пошел было домой, но тут же упал и умер.
Катя всхлипнула. Дядя положил руку на ее вздрагивающее плечо и продолжал читать, как Волчок ушел от злых людей в лес, как Макс теперь уговаривал его вернуться к ним. Если все, кому тяжело живется, уйдут в леса, то кто же будет бороться за несчастных?.. Макс не вынес лесной жизни и тяжело заболел. Умирая, он просил Волчка передать бабушке золотой крестик и вернуться к людям. Волчок хоронит дружка и покидает лес.
Чтец положил книгу на стол. Катя опустила голову, задумавшись.
— Да, Петя, у тебя сулимовский голос, когда волнуешься, — сказала Елена.
— А куда ушел Волчок? — спросила Катя.
— Помогать несчастным, — сказал дядя. — Бороться.
— А как он будет бороться?
— Бороться можно, Каточек, по-разному. В России много ропщущих, но мало кто отваживается на путь борьбы. Представь себе, если бы все обездоленные встали стеной в защиту себя, а мы помогли бы им…
— Петя, Петя, — остановила его сестра.
Он посмотрел на Катю. Она уже загоралась, лицо ее порозовело, глазенки сверкали. Растет наша смена.