Выбрать главу

Попасть в апартаменты и подойти к дивану заняло у меня добрых пятнадцать минут.

— Нет! — выдохнула она. — Он белый. Только не на диван.

Чувство вины пронзило меня прямо в грудь, и у меня перехватило дыхание.

— Майя, все нормально… Мне нужно положить тебя прямо сейчас.

— Ты же ненавидишь красное на белом.

— А еще я ненавижу бабочек.

— Что? — воскликнула она.

— Это была шутка, — улыбнулся я. — А теперь ложись.

— Но…

— Не спорь со своим врачом.

— Ужасные манеры в постели, — вздрогнула она.

— Сейчас, Майя, — я аккуратно посадил ее, в то время как Феникс обменялся со мной взглядами и покинул комнату. —Ты знаешь, это неправда.

Ее зубы не переставали стучать.

— Майя, — я взял ампулу морфина. — Я просто вколю тебе небольшое количество, чтобы унять боль, пока зашиваю тебя. Это немного тебя расслабит.

Не дожидаясь ее ответа, я уколол.

Затихнув, она безжизненным взглядом смотрела на меня, пока я медленно зашивал ее живот. Шесть швов. Ничего чрезмерного, ничего угрожающего жизни, но достаточно, чтобы молиться о том, что Жак будет гнить в аду за то, что заставила Майю пройти через это.

— Я могу забрать это, — прошептал я, хотя и ненавидел эти слова, вырывающиеся из моего рта. — Но тогда мне придется забрать все.

— О чем ты говоришь? — Майя моргнула, пытаясь сесть, затем вздрогнула и легла обратно, в то время как я опустился на колени рядом с диваном, на котором она лежала.

— Воспоминания. Скажи только слово, и я заставлю тебя думать, что ты попала в еще одну аварию. Не знаю, сработает ли это, но я могу попытаться, могу забрать плохое.

— О, Ник, — Майя взяла меня за руку. — Ты не можешь сделать это.

— Я могу попытаться.

Она улыбнулась.

— Жизнь — это ад.

— Да.

— Она отстой.

— Так и есть.

— Смысл в том… — ее нижняя губа задрожала, — …что ты не можешь забрать плохое, не забрав хорошее. А хорошее — это ты. Если нужно сохранить плохие воспоминания, чтобы сохранить тебя, тогда я выбираю плохие.

— Но…

Она приложила палец к моим губам.

— Поцелуй меня.

— Моя бабушка практически убила тебя. Я не просто часть русской мафии, но и виновен в том, что притворялся слепым, пока моя собственная плоть и кровь встала на путь убийства. И что еще хуже? Я поощрял это, потому что не хотел быть частью этого. И ты все еще хочешь, чтобы я поцеловал тебя?

— Хочу, но не только сейчас, — прошептала Майя. — Всегда.

— Но…

— Ты споришь. Видишь? Ужасные манеры.

Я закатил глаза.

— Майя, будь серьезна. Наша жизнь… она никогда не будет простой.

— Кто хочет простую жизнь? — Майя пожала плечами. — Дай мне сложную, — ухмыляясь, она провела ладонью по застежке на моих брюках.

— Очень смешно.

Ее рука двинулась дальше.

— И это правда.

Я зарычал.

— Что, черт побери, мне с тобой делать?

— Любить меня, — вздохнула она. — Защищать.

— Пока я жив, клянусь, что буду делать и то, и другое.

Майя провалилась в сон, не вызванный наркотиками, не продиктованный давлением, а от полного истощения. Ее телу нужно исцеляться, и даже больше — ее разуму это нужно.

— Как она? — Серджио был первым, кто спросил о ее самочувствии, когда я два часа спустя вылетел из комнаты, чтобы раздобыть что-нибудь съестное. Она все еще спала, но я забыл поесть и знал, что если не буду заботиться о себе, то не смогу заботиться и о ней.

Остальные ушли в отель на другой стороне улицы, а Серджио остался, чтобы убедиться, что охрана в моих апартаментах не была набрана с улицы. Я убедил его, что у меня лучшие из лучших, чем заработал ухмылку и фразу «очевидно, нет, если это делаю не я». Я позволил этой высокомерной заднице осмотреться, поскольку был слишком истощен, чтобы делать что-либо, и дал ему все мои пароли, напоминая себе изменить их позже, ведь ублюдок однозначно запомнит их, раз уж я их назвал.

— Хорошо, — кивнул я и продолжил искать в холодильнике что-нибудь съестное, что не было бы фруктом или овощем.

Я почувствовал похлопывание по спине, когда Серджио предложил мне горячее панини. (Примеч. Панини (более правильный вариант — ед.ч. panino) — итальянский аналог блюда, больше известного в России как горячий бутерброд. Дословно с итальянского языка панини переводится как «небольшая булочка»).