– Тебя прислал Сал? – спросил Винсент, пытаясь сохранять спокойствие.
Коррадо покачал головой.
– Это было мое решение.
Не бизнес. Личное.
Сделав шаг вперед, Коррадо поправил свои перчатки, проверяя, хорошо ли они сидят. Винсент моментально сделал шаг назад. Он сделал это еще несколько раз, их движения напоминали смертельный танго.
– Мне не хочется в это верить, – сказал Коррадо, – но, видя тебя здесь – видя тебя таким – я не могу не задаваться вопросом о том, не правда ли это.
– Все не так, как кажется, – ответил Винсент.
Коррадо покачал головой.
– Разве когда-то бывает иначе? Но это неважно, и ты это знаешь. Ты пересек черту, и не имеет значения, по какой причине ты это сделал и что именно ты планировал осуществить на другой стороне. Сам факт того, что ты оказался по другую сторону, непростителен. Lupo non mangia lupo. Сколько раз мы слышали эти слова от твоего отца, когда он был жив? Сколько? Волки волков не кусают. Мы не идем против своих.
– Ты прав, – сказал Винсент. – Если ты не можешь доверять своим, то кому сможешь?
– Никому, по мнению твоего сына, – ответил Коррадо. – Non fidarsi di nessuno. Ты хоть подумал о том, как это скажется на нем? Как это уже сказывается?
Мысли о Кармине причиняли Винсенту боль.
– Он в порядке?
– Конечно же, нет. Он никогда больше не будет в порядке! Ему приказано убить тебя!
Вздрогнув от враждебного тона, Винсент поспешно сделал несколько шагов назад.
– Не дай ему этого сделать.
– Я и не планирую, – Коррадо едва заметно прошел вперед, не упуская ни одного движения.
Внимание обоих внезапно привлек громкий голос, эхом прокатившийся по церкви. Отец Альберто вышел из своего кабинета и нахмурился. Коррадо сделал несколько шагов назад, создавая дистанцию между собой и Винсентом, когда священник спешно направился в их сторону.
– Джентльмены, не мне вас судить, и я никогда не порицал ваши жизненные решения, но это уже перебор! Этому не место в доме Господа. Это пристанище благодати, любви, понимания. Мы всегда открыты, но только для тех, кто прекращает грешить, входя через эти двери.
– Вы правы, – согласился Коррадо, вновь засовывая руки в карманы. – Сейчас не время и не место для этого.
– Из-за чего вы вообще враждуете друг с другом? – спросил священник. – Вы же одна семья!
– Это было недоразумение, – ответил Винсент. – Только и всего.
– Верно, недоразумение, – сказал Коррадо, откашлявшись. – Если вы меня извините, я пойду. Меня ждут дела.
Отец Альберто приподнял брови, смотря на него.
– Надеюсь, они не затянутся допоздна. Завтра я ожидаю увидеть тебя на одной из этих скамей.
– Я ни за что не пропущу Вашу мессу, святой отец, – ответил Коррадо, переводя взгляд на Винсента. – Я управлюсь до восхода солнца.
Развернувшись, он неторопливо направился к выходу. Винсент и отец Альберто молча наблюдали за тем, как Коррадо покидает церковь, исчезая в ночи. Вздохнув, Винсент расстроено провел руками по лицу. Это не сулило ничего хорошего. Совершенно.
– Ох, Винченцо, что приключилось на сей раз?
– Ситуация, из которой нет выхода, – тихо ответил Винсент.
– Я в это не верю, – сказал отец Альберто. – Всегда можно найти выход.
– Оставшись в живых?
Отец Альберто промолчал, смотря на дверь, за которой исчез Коррадо и обдумывая вопрос Винсента.
– Так я и подумал, – пробормотал Винсент, так и не дождавшись от священника ответа. – Полагаю, смерть – не самое страшное на свете.
– Придите ко мне все труждающиеся и обремененные, и я успокою вас, – сказал отец Альберто, цитируя евангелие от Матфея. – Как бы там ни было, мне не нравится то, что ты опустил руки. Никогда нельзя сдаваться.
– Я не сдаюсь, святой отец. Я отдаю себя происходящему. Я так долго пытался плыть против течения, но в итоге меня все равно смыло. И я больше не могу плыть. Я чертовски устал.
– И что же, ты просто пойдешь ко дну? – с удивлением спросил отец Альберто.
– Нет, – ответил Винсент. – Я дождусь спасательного круга и удалюсь на покой.
– Вдруг ты его не дождешься? На свете существуют непростительные вещи. Не делай ничего такого, о чем впоследствии пожалеешь.
– Я верю в то, что мне уже не придется о них жалеть.
Отец Альберто покачал головой.
– Ты ужасно выглядишь, Винченцо. Пойдем, у меня есть раскладушка, на которой ты сможешь поспать.