Выбрать главу

Ему казалось, что его стошнит. Внезапно захотелось плакать. Больше всего в этот момент ему хотелось ударить своего дядю и выхватить у него телефон, чтобы хотя бы еще один раз услышать ее голос.

Он не стал этого делать. Сидя в кресле и смотря на Коррадо, он изо всех сил напряг слух, дабы услышать хоть что-нибудь, что угодно… хотя бы одно ее слово.

– Я хотел сообщить тебе о том, что меня не будет некоторое время, – сказал Коррадо. – Беспокоиться не о чем, но меня может не быть несколько месяцев.

Замолчав, Коррадо выслушал ответ Хейвен. Убрав телефон от уха, он положил его на стол и нажал на кнопку. Кармина охватило отчаяние, когда он подумал, что его дядя закончил разговор, однако спустя мгновение он услышал едва слышный вздох.

Громкая связь.

– Как дела в школе? – спросил Коррадо равнодушно. Задавая этот вопрос, он не сводил глаз с Кармина.

– Хорошо, – ответила Хейвен. – Завтра начинается новый семестр. Я выбрала для себя занятия.

– Замечательно, – сказал Коррадо, постукивая пальцами по столу. – Надеюсь, ты хорошо проводишь время и заводишь новых друзей.

– Так и есть.

– Хорошо, – ответил Коррадо. – Я рад, что у тебя все в порядке. Береги себя.

– И Вы, сэр.

Кармин закрыл глаза, когда его дядя нажал на кнопку, завершая разговор. В кабинете воцарилась тишина.

– Я не смогу присматривать за тобой, Кармин, поэтому держи себя в руках.

– Где Вы будете?

– В тюрьме.

Кармин несколько раз моргнул от удивления.

– Что?

– Пока мы разговариваем, они оспаривают мое освобождение под залог, – пояснил Коррадо. – Они думают, что я имею отношение к исчезновению твоего отца.

Помолчав, Кармин заставил себя задать самый важный вопрос.

– А Вы имеете к этому отношение?

Отмахнувшись, Коррадо сосредоточил внимание на бумагах.

– Можешь идти, Кармин.

Глава 29

Вернувшись вечером того дня домой, Коррадо ощутил витавший в воздухе аромат соуса маринара. Сделав глубокий вдох, он прошел на кухню. Селия стояла перед плитой, закатав рукава своей блузки до локтя и собрав свои волосы в небрежный пучок. Синий фартук защищал ее одежду от брызг, пока она помешивала самодельный соус.

Молча наблюдая за ней, Коррадо едва заметно улыбнулся. Она не слышала, как он вошел и не подозревала об его присутствии, поэтому все ее внимание было сосредоточено на готовке. Коррадо любил подобные моменты, когда Селия с головой погружалась в дело и не замечала окружавшего ее мира. Порхая по кухне, она светилась и сияла, словно солнце. Именно это понравилось ему в ней первым – ее способность озарять светом даже такой убийственно темный мир.

Ему будет этого не хватать. Несомненно. Вскоре его мир станет гораздо холоднее.

Он глубоко вздохнул, не желая думать о том, что принесет ему завтрашний день. Услышав его вздох, Селия вздрогнула. Выронив ложку, она развернулась и прижала к груди руку.

– Ты меня напугал! Я не знала, что ты вернулся.

Улыбка Коррадо стала шире. Не сказав ни слова, он прошел вперед и аккуратно развязал ее фартук. Селия скептично наблюдала за происходящим. Убрав фартук в сторону, Коррадо потянулся за резинкой для волос и, сняв ее, распустил волосы своей жены. Копна спутанных, непослушных волос упала на ее плечи.

– Что ты делаешь? – спросила Селия, когда он взял ее за руку.

– Веду тебя наверх, – ответил Коррадо, – и попутно раздеваю.

Она попыталась упереться ногами в пол, дабы остановить его, однако Коррадо был гораздо сильнее.

– Коррадо, подожди! Я же готовлю!

– И что?

– Соус может пригореть!

– Приготовишь заново.

– Плита включена!

– Какое нам до этого дело?

– Как это, какое? – с удивлением спросила Селия, когда он потянул ее к лестнице. – Вдруг она загорится?

– В этом случае я куплю тебе новую плиту.

– Из-за нее весь дом может сгореть дотла.

– Я построю новый дом.

Селия рассмеялась, не веря своим ушам.

– Мы сгорим заживо, Коррадо.

Переведя взгляд на свою жену, Коррадо приподнял брови.

– Ты правда считаешь, что я допустил бы подобное?

Ответ Селии не заставил себя ждать.

– А ты правда думаешь, что смог бы остановить огонь?

Коррадо помолчал, не отпуская запястье Селии и остановившись у первой ступеньки лестницы. Он обдумывал вопрос своей жены. Думал ли он, что способен на это?