– Но ты…
Хейвен подняла руку, призывая его к молчанию и не давая ему возможности возразить.
– Просто помолчи, ладно? Неужели обязательно все время что-то говорить?
Кармин приподнял бровь, удивленно усмехнувшись и махнув рукой, призывая ее продолжать. Соблазнительно.
– Я мало демонстрирую тебе свою любовь, – повторила Хейвен. – Ты столько всего сделал, столько всего пережил в своей жизни, и ты тоже заслуживаешь того, чтобы чувствовать любовь. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя боготворили.
Кармин стоял возле двери, не смея пошевелиться. Он затаил дыхание, внимательно наблюдая за тем, как Хейвен, сняв нижнее белье, предстала перед ним полностью обнаженной. Он медленно обвел ее тело взглядом, упиваясь каждым сантиметром ее хрупкой фигуры и изучая ее мягкие изгибы. Шрамы, покрывавшие ее кожу, светились под сиянием луны, походя на замысловатые узоры, повествующие о бесчисленных историях – некоторые из которых никогда не узнает никто, кроме него. Они хранили секреты, о которых она рассказывала ему; секреты, которые он унесет с собой в могилу – будто то завтра или через сто лет.
Пройдя вперед, Хейвен вновь взяла его за галстук, однако на сей раз она развязала узел и откинула галстук в сторону. Медленно, аккуратно она расстегнула его рубашку, в то время как он замер, борясь с желанием потянуться вперед и ответить на ее ласки. Сняв с него рубашку, Хейвен провела руками по его прессу и опустила ладони на его ремень, расстегивая его и смотря Кармину в глаза.
Он провел языком по губам, поскольку они внезапно пересохли, став явным признаком его обострившейся нервозности. Его сердце застучало в груди словно молоток, когда его брюки и боксеры, благодаря Хейвен, упали на пол. По его позвоночнику пробежал холодок, он вздрогнул, когда она обнажила его эрекцию. Возбуждение никогда еще не было так сильно.
– Боже, – пробормотал он, облокотившись на дверь спальни, когда Хейвен опустилась на колени. Его накрыло волной тепла, по коже побежали мурашки, когда ее рот оказался на нем. – О, блять.
Он знал, что не продержится долго. Он был не в силах этого сделать. Уже через несколько минут ее движений и прикосновений он ощутил нараставшее в животе напряжение. Он хотел предупредить ее, но не мог подобрать слов. Ему удавалось только лишь произносить бессвязные фразы и сквернословия, пока его руки покоились на ее затылке.
Она поднялась на ноги, когда он кончил, продолжая поглаживать его и чувствуя, как он вновь возбуждается. Она поцеловала его грудь, двигаясь к его шее, но в этот момент он потянулся к ней и впился своими губами в ее губы.
Полностью раздев его и сбросив одежду в кучу на полу, Хейвен потянула его к кровати и уложила на спину. Не мешкая, не стесняясь, она села сверху, опустившись к нему на колени. Он наполнил ее, входя глубоко; их тела идеально подходили друг другу, сливаясь воедино словно кожаное изделие и влажная кожа. От их всеобъемлющего, всепоглощающего единения у него перехватило дыхание.
Он лежал с открытыми глазами, наблюдая за ее движениями, наслаждаясь ее страстью. Он чувствовал ее преданность, ее неистовство, ее жажду; он чувствовал ее потребность, ее желание, ее любовь. Он ощущал это снова и снова с каждым движением ее бедер, их тела сливались друг с другом, пока он наполнял ее. Он слышал это в ее голосе, в ее хриплых стонах и отрывистых словах, когда она произносила его имя снова и снова, испытывая оргазм.
Она сводила его с ума каждым стоном, каждое ее движением подталкивало его все ближе и ближе к краю. Ему хотелось оказаться сверху и взять ее, поглотить каждый ее дюйм и полностью подчинить себе ее разгоряченное тело, но он не сделал этого. Он не мог этого сделать. У них еще будет полно времени для этого. Сейчас было ее время, ее правила, ее игра.
И он был счастлив принять участие в этой игре. Нараставшие ощущения пробудили что-то смутно знакомое, давно забытую эйфорию, самый высокий пик чувств… это ощущение проникло в каждую клетку, распространяясь по его телу до тех пор, пока он не почувствовал себя так, будто парит в воздухе.
И на сей раз ему не потребовалась злая сука Молли для того, чтобы почувствовать это.
Глава 45
Позднее тем вечером они лежали вместе в постели, голова Хейвен покоилась на его обнаженной груди, ее длинные волосы превратились в спутанную копну. Кармин поглаживал ее спину, в то время как ее пальцы исследовали дорожку волос, уходящую вниз по его животу.