– Я люблю тебя, – прошептала Хейвен. – Ты – лучшее, что когда-либо существовало в моей жизни.
Лучшее. Это было далеко от ничтожества, коим он ощущал себя раньше. Услышав уверенность, с которой она произнесла эти слова, Кармину захотелось в них поверить. Он, как и прежде, считал, что она заслуживала лучшего, большего, но он задумался о том, что возможно – только лишь возможно – он мог быть для нее достаточно хорош.
Она заснула до того, как он успел подобрать нужные слова, дабы выразить свои чувства; ее тихое сопенье наполнило спальню. Кармин продолжал обнимать ее, и, несмотря на свою усталость, никак не мог заснуть. Его разум работал в полную силу, его охватило странное чувство, от которого он не мог избавиться. Оно словно проникло в него, прося о внимании и не отпуская Кармина, оголяя его нервы. Он был настороже, посторонние шумы только лишь подпитывали его паранойю. Что-то было не так, он чувствовал это.
Осторожно, дабы не разбудить Хейвен, он убрал ее голову со своей груди и выскользнул из постели. Пройдя на носочках к окну, он приподнял несколько пластин жалюзи, дабы выглянуть на темную улицу. Кармин обвел ее взглядом, ища какие-либо признаки опасности, и напрягся, когда заметил перед своим домом машину.
Смутно знакомую на вид, темную «Chevy Camaro».
Кармин отошел от окна и, посмотрев на Хейвен, направился к дверям спальни. Повинуясь инстинкту, он двигался спокойно, просчитывая каждый свой шаг. Он нашел свои джинсы и надел их, после чего спустился на первый этаж и достал свой пистолет. Убедившись в том, что он был заряжен, Кармин бесшумно покинул дом через заднюю дверь. Обойдя дом, он остановился позади автомобиля, изучая номерной знак.
Увидев буквы JK, Кармин ощутил прилив адреналина.
Оставаясь в тени, он принялся наблюдать за машиной. Мужчина сидел в салоне один, окно с водительской стороны было опущено, он смотрел куда-то вдаль мимо дома Кармина. Всякий раз, когда улицу освещали фары, мужчина наблюдал за проезжавшими машинами словно ястреб до тех пор, пока они не скрывались из виду. Он чего-то ждал, и Кармин так бы и не узнал, чего именно, если бы через некоторое время улицу вновь не осветил свет фар. Мужчина пригнулся, когда мимо промчался черный «Mercedes», завернувший на подъездную дорожку дома в квартале от них.
Коррадо.
Кармин не знал, как ему следует поступить, разрываясь между желанием действовать и необходимостью предупредить Коррадо, однако у него не было времени на то, чтобы обдумывать возможные варианты. Распахнув дверцу со стороны водителя, мужчина вышел из машины и, не поднимая головы, направился в сторону соседнего квартала. Кармин, не раздумывая, проследовал за ним, избегая света уличных фонарей и пытаясь поспевать за незнакомцем. Мужчина замедлил шаг, приблизившись к дому Коррадо, и внимательно его осмотрел, будто бы пытаясь оценить то, как он сможет проникнуть внутрь. В гостиной горел свет, Кармин видел в доме тени и слышал смех Селии, доносившийся из приоткрытого окна.
Когда мужчина направился к дому, Кармин замешкался. Сделав глубокий вдох, он покрепче сжал свой пистолет и прошел следом за ним. Незваный гость уже практически дошел до заднего двора, когда услышал позади себя шаги Кармина. Он обернулся, насторожившись, но было уже слишком поздно.
Толкнув его в стену дома, Кармин прижал к его виску пистолет.
– Шевельнешься – я снесу тебе голову к чертовой матери.
Он выругался и вздрогнул, в то время как Кармин швырнул его на землю, торопливо проверяя его карманы. Найдя в пальто мужчины пистолет, он убедился в том, что оружие было на предохранителе, после чего засунул его за пояс брюк.
Взяв бумажник, Кармин открыл его и достал водительское удостоверение.
– Ошин Квин. Что это вообще за имя?
– Не причиняй мне боли, – взмолился мужчина. – Мне не нужны проблемы!
– Чушь, – ответил Кармин. – Если тебе не нужны проблемы, то тебе нечего делать в этом районе.
– Клянусь, это ошибка!
– Что именно?
– Все это!
– Что, блять, «все это»? – спросил Кармин, оттаскивая его от дома и толкая на задний двор. Мужчина пошатнулся, но все же сумел удержаться на ногах. На мгновение замешкавшись, он бросился в противоположную сторону двора.
На секунду Кармин замер, пребывая в полнейшем недоумении. Он только что просто взял и отпустил его. Существовал ли предел у его глупости?