С облегчением выдохнув, Кармин ослабил галстук.
– Это продолжалось целую вечность.
– Это было не так и уж плохо, – рассмеялась Хейвен. – Фотосессия заняла всего лишь двадцать минут.
Кармин опустил руки на ее бедра, и она вскрикнула от неожиданности, когда он быстро притянул ее к себе.
– Ты ошибаешься, Хейвен ДеМарко. Это было ужасно, потому что в течение этих двадцати минут я не мог делать вот этого.
Он впился поцелуем в ее губы и, углубив поцелуй, вызвал недовольство со стороны Тесс.
– Я не хочу этого видеть.
– Так перестань, блять, смотреть, – выдохнул Кармин, на мгновение отстранившись от Хейвен. Сказав это, он вновь поцеловал ее.
– Мы пошли внутрь, – сказал Доминик, похлопывая Кармина по спине. – Не заставляйте всех слишком долго ждать.
Они пробыли еще некоторое время на улице, продолжая целоваться, в то время как гости направились в клуб «Luna Rossa», где проходил свадебный прием. Спустя некоторое время Хейвен отстранилась, тяжело дыша и пытаясь восстановить дыхание. Ее щеки покрылись румянцем.
– Возможно, нам тоже следует пойти в зал.
– К черту прием, – ответил Кармин, оставляя поцелуи на ее подбородке и спускаясь к ее шее. – Давай уедем.
– Мы не можем уехать, Кармин, – ответила Хейвен. – Гости собрались ради нас.
– И что? – прошептал он. Рассмеявшись, Хейвен отстранилась. Кармин вздохнул. – Ладно, ты права. Нам пора.
– Вот видишь? – сказала она, беря его за руку. – Будет весело.
– Да, но я считаю, что нам было бы куда веселее, если бы мы были сейчас одни.
– Возможно, – согласилась Хейвен. – Но позднее у нас будет на это уйма времени.
– Чертовски на это надеюсь.
Хейвен направилась к клубу, потянув его за собой, и он неохотно двинулся следом за ней. Когда они зашли в зал, гости встретили их громкими аплодисментами. Хейвен покраснела и опустила голову, в то время как Кармин усмехнулся. Пройдя по залу, они подошли к главному столу, который был задекорирован украшениями. Хейвен поблагодарила собравшихся, когда все заняли свои места в ожидании торжественного ужина. Один из официантов подошел к их столу с бутылкой из зеленого стекла и наполнил их бокалы. Кармин кивнул в знак приветствия, когда официант налил газированный напиток в его бокал. Подняв бокал, он поднес его к носу и поморщился от запаха. Сидевший рядом с ним Доминик рассмеялся, изучая напиток в своем бокале.
– Никогда не думал, что буду пить газированный виноградный сок на свадьбе своего младшего братца, – сказал он, качая головой.
– Еще у нас имеется газированный жасминовый чай, – заметила Хейвен. – И содовая «Vignette». По виду напитки напоминают шампанское, но на самом деле они безалкогольные.
Кармин вздохнул и, не сделав ни глотка, поставил свой бокал на место. Поворот, который приняла беседа, был ему совершенно не по душе. Гости могли бесплатно пользоваться баром – по словам Коррадо, это был его подарок им – но Кармину, как и прежде, запрещалось пить в клубе.
Их беседа прекратилась, когда официанты вынесли все тарелки. Взяв свою вилку, Кармин принялся водить ею по еде, чувствуя тошноту. У него вспотели ладони, он дергал под столом ногой, чувствуя себя некомфортно в своем собственном теле.
Желание выпить еще время от времени терзало Кармина. Он жаждал алкоголя, его тело молило хотя бы о глотке, который смог бы утолить его «голод». Он практически ощущал жжение в горле, желая снова хотя бы ненадолго ощутить прилив тепла в груди в память о былых временах… этого было бы достаточно для того, чтобы унять приступы паники.
Несмотря на это, он по своему опыту знал, что этого будет мало, поскольку некогда он шел на поводу у своей зависимости и знал, каково это. Одного глотка всегда будет мало, потому что он не сможет остановиться, если вновь начнет. Один глоток превратится в два, а следом за ними он осушит всю бутылку, что, в свою очередь, приведет к тому, что на следующее утро его будет ожидать головная боль, крайне рассерженный босс и отсутствие воспоминаний о том, что случилось накануне.
Нет, он совершенно не желал возвращаться к этому.
Потянувшись к нему под столом, Хейвен опустила руку на колено Кармина и остановила его ногу. Заметив его обеспокоенный взгляд, она улыбнулась – на ее лице не было ни намека на гнев. Казалось, она всегда знала, когда ему становилось тяжело.
– Все хорошо? – спросила она.
– Да, я справлюсь, – ответил он. Напряженность начала покидать его тело, пока он смотрел на нее. Кармина захлестнули эмоции, когда он увидел, что она буквально сияла. Ее глаза светились от счастья, и он надеялся на то, что она видела то же самое и в его глазах. Она была для Кармина всем. Его любовь к ней была сильнее всего на свете, и мощнее той власти, которой когда-либо могли обладать алкоголь и наркотики. Она была его миром, его жизнью, и теперь она стала его женой.