От этих слов Кармину нисколько не полегчало.
– Тебе пора, – сказал Коррадо. – Прием окончен.
Кармин не двинулся с места, наблюдая за тем, как его дядя возвращается в зал. Коррадо явно не планировал покидать прием.
– А как я доберусь до дома?
Коррадо остановил направлявшегося к выходу парня, схватив его за воротник.
– Отвези ДеМарко домой, хорошо?
Парень поспешно кивнул. Коррадо позиционировал это как вопрос, однако все понимали, что никаких возражений быть не могло.
– Да, сэр.
– Вот так, – ответил Коррадо на вопрос Кармина, после чего прошел в гостиную.
Выйдя вслед за парнем на улицу, Кармин, наконец, ослабил галстук и закатал рукава рубашки. Парень показался ему довольно молодым – на вид ему было около двадцати пяти лет, у него были густые брови и коротки каштановые волосы. Кармин с досадой отметил, что он был одет в мешковатые джинсы и обычную белую футболку. Почему же тогда его заставили надеть костюм?
Кармин полагал, что его будет ожидать очередной «Мерседес», однако к его удивлению парень остановился возле старой «Chevrolet Impala» серого цвета.
– Это твоя машина? – спросил Кармин, с интересом рассматривая автомобиль.
– Да, – ответил парень, разблокировав двери, дабы они могли сесть. – Это проблема?
– Нет, я просто подумал…
– Ты подумал, что я вожу одну из этих? – спросил парень, указав в сторону черных машин и рассмеявшись. – Жаль, что я не могу позволить себе такую тачку. Возможно, когда-нибудь и у меня будет такая. А пока что со мной эта крошка.
– Отличная машина, – сказал Кармин, сев на пассажирское сиденье, обтянутое потрескавшейся кожей. В засаленном салоне машины пахло машинным маслом и потом, однако, несмотря на это, здесь Кармину было куда комфортнее, чем в «Мерседесе» Коррадо.
Раздавшийся во дворе особняка смех практически утонул в ревущем звуке двигателя. Машина затряслась и, завибрировав, едва не заглохла.
– Машина дерьмовая, но я сам на нее заработал.
Большую часть поездки Кармин молчал, однако бесконечная болтовня парня все время заполняла пространство машины. Именно это и требовалось Кармину – когда он был занят тем, что слушал парня, он практически не успевал думать ни о чем другом; у него не было времени раздумывать над тем, что не давало ему уснуть по ночам.
Только после того, как парень повернул на нужную улицу и остановился возле его дома, Кармин понял, что не говорил ему о том, в каком направлении необходимо было ехать.
– Как ты узнал, где я живу?
– Ты ведь шутишь, да? – спросил парень. – Ты же ДеМарко. Ты, можно сказать, из королевской семьи. В Британии даже чертов бомж знает, где находится Букингемский дворец.
Кармин покачал головой. Мог бы и сам догадаться.
– Спасибо, что подвез.
– Всегда пожалуйста, чувак. Кстати, меня зовут Реми. Реми Тарулло.
Кармин открыл дверь машины и замер, услышав знакомое имя.
– Тарулло.
– Да. Думаю, ты знаешь пиццерию на пятой авеню.
– Вы родственники? – спросил Кармин.
Реми кивнул.
– Пиццерия принадлежит моего отцу.
У Кармина пересохло во рту. Ему показалось, что он внезапно лишился возможности сглотнуть. Он не бывал в пиццерии Тарулло много лет, однако он отлично знал это место.
– Я редко там бываю, – продолжил Реми. – Отец не одобряет того, чем я занимаюсь, если ты понимаешь, о чем я. Хотя, черт, не бери в голову. Откуда тебе знать. Твой отец является членом организации. Тебе не приходится выносить его полные разочарования взгляды, и на тебя не смотрят так, словно ты портишь всем жизнь, занимаясь подобным.
Кармин промолчал, поскольку Реми ошибался. Он прекрасно его понимал.
– Заболтался я что-то, – сказал Реми, возясь со своими старыми золотыми часами. – Прости, чувак, больная тема. Особенно после того, что случилось с моим младшим братом.
Услышав это, Кармин почувствовал, как сильно у него заколотилось сердце. Дин Тарулло. Он практически забыл о парне со склада.
– Что с ним случилось?
– Думаю, он связался не с теми людьми. Исчез несколько месяцев назад.
– Так он пропал?
– Да, но вряд ли его когда-нибудь найдут, если ты понимаешь, о чем я, – тихо сказал Реми.
В мыслях Кармина моментально зазвучали выстрели, он вспомнил, как Коррадо избавился от парня, заставив его замолчать навсегда.
– Да, – пробормотал Кармин. – Я понимаю.
* * *
Сидя в парке на зеленой металлической скамейке, Хейвен наблюдала за кипевшей вокруг нее жизнью. Она только что покинула последний урок рисования, и ее работа лежала возле нее – рисунок был аккуратно завернут в плотную коричневую бумагу.