– Да? – ответил Реми после первого гудка. – В чем дело?
– Мне нужна Молли.
Реми рассмеялся.
– Скоро буду, чувак.
Молли превратилась в ночную спутницу Кармина.
Несмотря на то, что, благодаря ей, он вновь чувствовал себя живым, забывая на время о засевшей в его душе всепоглощающей пустоте, она оказалась не только спасением, но и проклятием. Позволив ему сосредоточиться на предвкушении острых ощущений, Молли все больше и больше погружала его в бездонную яму. Принимая наркотики, Кармин ощущал широчайшую гамму эмоций, однако впоследствии – после того, как их действие проходило и ему приходилось вновь вернуться в реальность – он опускался все ниже и ниже.
Он впадал в депрессию, суицидальные мысли не выходили у него из головы. Из-за своего безрассудства и эмоциональной нестабильности Кармин не мог трезво мыслить и должным образом функционировать.
Он стал все чаще искать возможности испытать новые ощущения, употребляя наркотики для того, чтобы отсрочить приближение неизбежных последствий. Со временем все дошло до того, что он постоянно находился под кайфом, испытывая лишь одно желание – чувствовать.
То, что он испытывал после, было сродни падению с высотного здания.
* * *
Торжественный вечер «Novak Gala», проводимый дважды в год в престижной галерее к северу от района Челси, неизменно привлекал самый цвет меценатского сообщества. Сотни людей собирались для того, чтобы отдать должное местным художникам, среди которых были как профессионалы, так и выдающиеся выпускники близлежащих школ. Работы продавались с аукциона в целях благотворительности, вырученные средства шли на поддержку художественных программ в государственных школах с недостаточным бюджетным финансированием. Средства массовой информации, в свою очередь, знакомили общественность с подающими надежды талантами. Это событие считалось горячо ожидаемым среди представителей мира искусства, однако больше всего его, вероятно, ждали студенты Школы изобразительных искусств.
Каждые полгода нескольким студентам предоставлялась редкая возможность продемонстрировать на торжественном вечере свои работы. Получив заданную тему, студенты должны были предоставить отборочной комиссии в лице администрации свою работу. Конкуренция была высока – из трех тысяч работ отбирались только лишь двадцать. Вероятность быть выбранным составляла менее одного процента, однако, несмотря на это, студенты прилагали максимум усилий.
Недели пролетали незаметно, окончание ноября ознаменовало собой наступление срока для предоставления работ отборочному комитету. Темой грядущего вечера «Novak Gala» стал «Холод». Хейвен активно занималась своей работой, сцену за сценой создавая драматичный пейзаж: лед, метель и ледяной дождь. Завершило картину написанное Хейвен поле и падающий снег. Работа была простой, но красивой – белое полотно вплеталось в увядающую зелень. День благодарения она провела в своей скромной квартире рядом с большим обогревателем, доводя до совершенства свою работу. Обед ей заменила китайская еда из коробки. Хейвен едва ли заметила наступление праздника, с головой погрузившись в работу и не желая терзать себя печальными мыслями.
Когда занятия в школе возобновились – произошло это в понедельник после Дня благодарения – Хейвен представила свою работу профессору по живописи, миссис Майклс. Внимательно изучив картину, преподаватель кивнула.
– Днем я передам работу отборочному комитету.
– Спасибо, – поблагодарила Хейвен, улыбаясь и с гордостью смотря на свою работу. Она не сумела найти в ней ни одного недостатка, все было выполнено аккуратно и с использованием бесчисленных приемов, которым Хейвен научилась. Ей казалось, что ее работа отвечала всем требованиям комиссии.
– Не за что, дорогая.
После утреннего занятия Хейвен, одетая в теплое пальто коричневого цвета, поспешила домой. Она нахмурилась, увидев выбежавшую на улицу Келси, которая специально не выбирала утренних занятий, дабы не вставать рано.