– Господи, Катрин! А я тебя сначала и не узнал, думаю, что за девчонка там сидит.
– Я приехала навестить сестру. Вы не знаете, она здесь? Я ведь даже ее не предупредила, – с сожалением произнесла Катрин.
– Здесь, здесь! А куда ей еще деться. На работе она, наверное.
– Да, я так сразу и подумала. Ну ничего, я ее подожду, торопиться мне все равно некуда.
– Ну уж нет! На улице не лето, да и мы с Делией тебя давно не видели. Пойдем к нам, отогреешься, отдохнешь с дороги. – На улице действительно было нежарко, и девушка не стала долго препираться. На душе стало теплее, здесь все было таким знакомым, словно вернулась в детство, страх исчез, и девушка снова стала спокойна.
Соседи очень радушно приняли ее, и она просидела у них до возвращения сестры, рассказывала о себе, о том, что произошло в ее жизни за последнее время… но только до прихода зимы, девушка старательно обходила этот промежуток времени. В свою очередь они тоже делились с ней историями из своей жизни, говорили что Мэри, ее сестра, переживала, когда Катрин уехала, но чувство гордости не давало позвонить ей первой, хотя она неоднократно бралась за телефонную трубку, но тут же клала ее обратно. Катрин прекрасно ее понимала, у нее было примерно то же самое, и сейчас ей было приятно это слышать, приятно от осознания, что Мэри все же будет рада их встрече. Предположив, что сестра уже вернулась с работы, девушка взглянула на часы и решила, что ей пора. На улице стало еще темнее, от холода и мрака ее тело начало колотить. До дома была всего пара десятков метров, но это расстояние она пыталась преодолеть как можно быстрее и обрадовалась, когда через несколько шагов увидела горящий в окне их дома свет. Катрин волновалась перед встречей, но долго стоять в темноте, решаясь позвонить в звонок, она не могла, ей всюду мерещились какие-то тени и звуки, надуманные собственным воображением. Мэри открыла дверь почти сразу и очень удивилась, увидев на пороге свою младшую сестру. До этого момента Катрин вела себя достаточно стойко и спокойно, но, когда она встретилась с сестрой, на глазах у нее появились слезы, она практически разрыдалась, обняв ее. Они зашли в дом, но Катрин все никак не могла успокоиться. Мэри и сама разволновалась, пытаясь расспросить ее, что случилось, но та лишь мотала головой и говорила, что все хорошо, что просто рада их встрече.
Так пронесся еще один день. Наутро она проснулась в своей постели, поймав себя на мысли, что слишком долго так сладко не спала, она снова могла вздохнуть полной грудью. Выйдя из своей комнаты, девушка спустилась вниз, где уже приятно веяло ароматом кофе, и почти сразу наткнулась на вопрос сестры.
– Кто такой Джон? – осторожно и ненавязчиво поинтересовалась Мэри, вынимая записку из кармана, тут же поясняя: – Она выпала вчера из твоей сумки. Это из-за него ты плакала?
Катрин уткнулась взглядом в до боли знакомую ей записку, лежавшую перед ней на столе, и через мгновение, скомкав и выбросив ее в ведро, коротко ответила:
– Нет. Забудь о ней.
Сестра не стала ей перечить и докучать расспросами, видя, что эту тему ей не слишком хотелось бы обсуждать, и перевела разговор в другое направление.
– Ты надолго? Можешь оставаться здесь сколько захочешь, если, конечно, есть желание. Я буду только рада. Мы не слишком много общались за последнее время, но я… скучала.
– Я тоже, – отозвалась Катрин, все еще пребывая в задумчивости. – Не знаю, просто захотелось увидеться с тобой.
Они еще немного поговорили, и вскоре Мэри вновь отправилась на работу, оставив Катрин наедине со своими мыслями. Девушка, осматриваясь, бродила по дому, с которым так много связанно. Она достала с полки альбом и, присев на кушетку в холле, начала листать его, просматривая старые фотографии. Катрин смотрела на них с чуть грустной улыбкой, многого уже не вернуть, хотя так хотелось бы хоть на денек очутиться в далеком прошлом, все это было так давно. Через некоторое время она отложила альбом в сторону и лишь вздохнула, предаваясь теплым воспоминаниям.