Многие из находившихся в лазарете тоже вышли насладиться вечерней прохладой. Раненые собирались группами, то здесь, то там слышались разговоры и смех. Одни обсуждали последние экспедиции в горы, другие вспоминали прошлые, смеялись над шутками, одним словом – жизнь продолжалась. Потом кто-то стал перебирать струны гитары и послышалась песня. Анне она была знакома, ее часто пели казаки, всякий раз поражая слаженностью и душевной теплотой исполнения, но сейчас поющий так безбожно фальшивил, что она не выдержав принялась подпевать, заставив всех смолкнуть, прислушиваясь к голосу поразительной красоты и силы.
- Вьюн над водой, ой вьюн над водой…
Слова песни то взлетали ввысь, то разливались подобно реке.
- Ой да вьюн над водой расстилается…
Голос этой сирены звал, манил за собой, заставляя забыть обо всем на свете. Услышав пение, стали подходить офицеры и солдаты, находившиеся неподалеку, и вскоре возле лазарета собралась целая толпа, восторженно внимающая каждому звуку. Присутствующие боялись шелохнуться даже после того, как Анна замолчала, а потом послышался чей-то голос:
- Сударыня, спойте еще!
Собравшиеся зашумели, отовсюду слышалось «Еще, спойте еще!», «Пожалуйста!», «Очень просим!»
- Благодарю вас, господа, - смущенно сказала Анна, - но право, я даже не знаю, что могла бы сейчас исполнить.
- Любой романс, который вспомните, - сказал незаметно подошедший Неверов, – только не лишайте удовольствия слушать Вас.
Княгиня задумалась, перебирая в памяти репертуар, ища что-нибудь подходящее случаю, и в этот момент ей показалось, что из-за крепостной стены, к которой примыкал лазарет, донесся стон. Он был еле слышным, и только Анна с ее музыкальным слухом могла уловить его.
- Что с Вами?! – спросил врач, видя, как она напряглась.
- Там, за стеной, человек! – обеспокоенно сказала молодая женщина. – Я слышала, как он стонал.
- Человек?! – Василий Назарович с удивлением посмотрел на нее. – Откуда ему там быть? Вам почудилось, голубушка.
Остальные тоже стали говорить, что она ошиблась, но Анна стояла на своем, упрямо повторяя – за стеной находится человек и он нуждается в помощи. Доводы об опасности за пределами крепости в ночное время на нее не действовали, и схватив один из фонарей, Анна решительно направилась к воротам. Не желая отпускать женщину одну, несколько офицеров двинулись вслед за ней, готовые защитить от любой опасности. Выйдя за ворота, они прошли вдоль стены туда, где, по ее мнению, должен был находиться человек. Пройдя совсем немного, шедшая впереди Анна что-то заметила в траве. Склонившись, она опустила ниже фонарь и вдруг крикнула «Смотрите!» Подошедшие мужчины остановились, как один пораженные увиденным. Так было несколько мгновений, пока один из не выдохнул: «О, Господи...»
Картина в самом деле была жутковатой. Лежавший на земле обтянутый кожей скелет человеком можно было назвать с большой натяжкой: неимоверная худоба, заросшее лицо, спутанные волосы и грязные лохмотья вместо одежды. Казалось, он не дышал, однако Анна, опустившись на колени, увидела слабое колыхание груди: он был жив, но силы почти оставили его. Решив проверить, нет ли опасных ран, княгиня поднесла фонарь ближе, и мужчина неожиданно открыл глаза. Некоторое время он просто смотрел на нее, потом прошептал «ange» (фр. ангел) и снова потерял сознание.
Услышав французскую речь, кто-то из офицеров сказал: «Свой, господа», и это разрушило охватившее всех оцепенение: одни побежали в крепость, другие стали помогать Анне осматривать найденного. Вскоре появились носилки, и незнакомца со всеми предосторожностями перенесли в лазарет, уложив на кровать. Василий Назарович осмотрел его более тщательно, после чего сказал своей помощнице:
- Ран и сильных повреждений я не обнаружил, внутренние органы тоже в порядке, жара нет. Судя по всему, он несколько дней провел без воды и пищи, отсюда сильное истощение. Необходимо поить его как можно чаще, сначала водой, потом крепким бульоном, и он придет в себя.
Отдав распоряжения, врач удалился, оставив найденного на попечении Анны, полностью уверенный в том, что больной не останется без помощи.
И снова, как несколько месяцев назад, Анна проводила дни и бессонные ночи, стараясь спасти чуть теплившуюся человеческую жизнь. Она часто поила его, как сказал Неверов, только воду заменила отварами трав, и прислушиваясь к еле слышному дыханию, поправляла под головой подушку.