Лучась обаятельной улыбкой, он по-прежнему не сводил взгляда с Анны, не обращая внимания на присутствие Корфа и врача.
- Одного не могу понять, граф, - снова заговорил Владимир, - человек Вы весьма небедный, а денег на выкуп пожалели.
В ответ Его Сиятельство надменно вскинул подбородок:
- Еще не хватало, чтобы Черниховские нехристям платили, - процедил он сквозь зубы. – У меня достало сил освободиться самому.
И не желая продолжать разговор с Корфом, повернулся к Анне:
- Рад был вновь увидеть Вас, мадемуазель, - произнес Вацлав. – Надеюсь, эта встреча не последняя, moja droga ( польск. - моя дорогая).
Поцеловав руку женщине, он отвесил короткий поклон Неверову и вышел вон.
- Надеюсь, эта встреча не последняя! – передразнивая Черниховского, сказал Василий Назарович. – Анна Платоновна, мой Вам совет – держитесь подальше от Его Сиятельства, если не хотите неприятностей. А то, я смотрю, этот павлин уже перед Вами хвост распустил.
- В самом деле, сударыня, - заговорил молчавший Владимир. – Репутация графа оставляет желать лучшего, и порядочной даме не место в его обществе.
- У Вас дело ко мне, Владимир Иванович? - спросила Анна, переводя разговор на другую тему.
- Просто я забыл отдать деньги, присланные для Вас Савелием Никодимовичем, - достав из портмоне пачку ассигнаций, барон протянул их Анне.
- Право же, мне неловко, - смущенно сказала женщина. – Это большая сумма, куда нам с Дуняшей столько.
- Вы не должны испытывать неловкости, - ответил Владимир. – Я не допущу, чтобы женщина, спасшая меня, испытывала хоть малейшую нужду. К тому же, Савелий Никодимович отправил средства по просьбе тетушки. Моего участия в этом никакого.
Анна с сомнением покачала головой, она догадывалась – именно Владимир старается обеспечить ей по возможности комфортную жизнь, и по его просьбе из дома прислали немалую сумму, хотя сам он жил весьма скромно, вполне обходясь офицерским жалованием. Зная, что Корф не отступится, Анна, поблагодарив, взяла деньги и поспешила к раненым.
Глядя ей вслед, Владимир ругал себя последними словами за разрешение остаться здесь до осени. Но откуда ему было знать о появлении графа Черниховского, который долгое время считался погибшим. Увидев, как он сегодня любезничает с Анной, барон с трудом удержался от площадной брани, сразу догадавшись об интересе Вацлава к ней, и это стало еще одним поводом для неприязни к поляку.
Между ними всегда были натянутые отношения, обусловленные происхождением – представитель знатной шляхты не мог испытывать симпатии к потомку тевтонских рыцарей, а негласное соперничество, будь то женщины или карты, только усиливало это обстоятельство. У каждого из соперников было немало любовных побед, но если Владимир предпочитал иметь дело с замужними дамами или представительницами полусвета, то граф мог похвастать целым букетом из разбитых сердец и погубленных репутаций. Как ни старались маменьки оградить своих дочерей от опасного кавалера, то одна, то другая дебютантка оказывалась соблазненной Черниховским. После скандального романа обычно следовала дуэль и отъезд графа на Кавказ, «замаливать грехи», по его собственному выражению. Воевал Черниховский лихо, что вызывало уважительное отношение к нему со стороны сослуживцев, но любовные интрижки, которые он умудрялся заводить даже здесь, являлись извечной проблемой для начальства.
- Опять этот племенной жеребец пожаловал! – хватаясь за голову, говорил командующий корпусом. - Никак для улучшения здешней породы его сюда отсылают.
Эти слова, передаваемые сплетниками, очень веселили графа, и он с хохотом заявлял:
- Скажите Его Высокопревосходительству, что кобылок подходящих тут маловато.
Последним увлечением Черниховского была дочь влиятельного царедворца, для которой, как и для других, его ухаживания закончились непоправимой катастрофой. Венчаться с соблазненной девицей Вацлав отказался наотрез и спокойно ждал секундантов ее отца. Но тот, зная, что за графом тянется слава отличного стрелка и фехтовальщика, решил проблему по-другому. Черниховский был отправлен в самое пекло кавказской войны, а девицу быстро выдали замуж за дворянина, готового закрыть глаза на прошлое супруги в обмен на ее приданое.
В одном из жестоких столкновений с горцами граф пропал и официально был признан погибшим. Но оказалось – попал в плен, откуда благополучно бежал и по иронии судьбы был спасен Анной от неминуемой гибели. От Владимира не укрылось, каким взглядом он смотрел на свою спасительницу, дама явно заинтересовала графа, и он ни за что не отступится от мысли заполучить ее.
Сам Черниховский возвращался к месту службы весьма довольный сегодняшней встречей.
Кто бы мог подумать, что ангел, принятый им за предсмертное видение, окажется женщиной во плоти. Опытного сердцееда не смогли обмануть ни косынка, закрывающая волосы, ни глухое черное платье. Воображение мигом нарисовало все, что скрывается под скучными одеждами.