— Дженкинс, можешь звать меня так. — Мужчина снова вздохнул, поражаясь тому, что вынужден сидеть с ребенком, чего только не было за его карьеру в работе на инквизитора, но такое было впервые.
— Дядя Дженкинс, а вы тоже, как и я? — Девочка продолжала есть и в перерывах начала задавать вопросы.
— Пария? Да.
— Люди не любят таких, как мы. — Девочка сказала это с какой-то затаённой грустью, но всё же продолжила утолять свой голод.
— Всё дело в нашей ауре, все люди некоторым образом отражаются в варпе, передают туда свои чувства и мысли, мы же в восприятии псайкеров, пустое место, не имеющие души создания, парии — которых все сторонятся чувствуя их инаковость. Генетика, только и всего. — Дженкинс сказал всё это ровным голосом, он никогда не испытывал проблем с принятием своего существования, если кому-то не нравилось воздействие его ауры, то он мог встать и выйти, это не было проблемой мужчины. По своему Дженкинс даже был рад, что родился таким, лучше не иметь души вовсе, чем иметь её и быть сожранным каким-нибудь залётным демоном, уж тем более его жизнь много лучше чем жизни миллионов псайкеров исключая малочисленных избранных конечно..
— Звучит очень грустненько дяденька Дженкинс, но я думаю, что у нас есть душа, иначе как бы мы могли разговаривать? Тем более мы же живые, просто все глупые и не видят. У вас я тоже вижу светлый огонек, хоть он и горит серой пеленой. Вы какой-то… мутный? — Девочка зажмурилась и вытянула руку в сторону парии, заставив его сердце пропустить удар. Он уже видел, как Найлус Хорс, так вытягивал свою конечность, использовал сильнейший телекинез и молнии. Девочка же ассоциировалась в его восприятии с этим пугающим джедаем заставила парию напрячься.
Последние слова ребёнка всё-таки заставили Дженкинса улыбнуться чуть хмыкнув, он мутный… Тот еще мутный тип, похоже на правду.
— Значит мутный. Ты говорила, что Найлус, ну то есть свет, обучал тебя, а что ты научилась делать? — Интерес парии был сугубо прикладным, он точно хотел знать, чему он сможет научиться и как это поможет в его работе на инквизицию.
— Ну, Найлус показывал, как надо помогать. — Девочка привстала, полностью облокотившись на стол, предварительно отставив пустую тарелку в сторону. — Вот дайте свои руки, я не сделаю больно правда — правда.
Дженкинс с сомнением протянул свои руки, что были покрыты пластами искусственной кожи, многое в его конечностях уже не было по настоящему его, техножрецы постарались восстанавливая подвижность и функциональность его пальцев. Девочка накрыла руки Дженкинса своими маленькими ладошками и сосредоточенно поморщившись закрыла свои зеленые глаза. Пария с интересом смотрел за ней, пока краем глаза не обратил внимание на лёгкое синее свечение исходящее из рук девочки. Боль, что он последнее время испытывал на постоянной основе утихла, а конечности стали чувствоваться намного лучше, как будто бы приживление протезов, и привыкание к искусственным нервам и мышцам уже закончилось, что было просто невозможно… Но всё же, мужчина посмотрел на раскрывшую глаза девочку, что села на своё место и устало вздохнула.
— Очень уж сложненько дядя Дженкинс, ещё и железяки ваши мешают, сделала всё что смогла. — Ребёнок вдруг резко приободрился и снова почти взобрался на стол. — А вы почувствовали да? Очень здорово да?
— Ну, это впечатляет. — Дженкинс уже думал о том, что стоило бы пройти обследование, как прошло заживление и что изменилось, как раз они пойдут в апотекариум космодесанта, пария надеялся, что один из медиков десантников согласится осмотреть его конечности.
— Правда — Правда? — Девочка даже чуть подпрыгнула на месте, и Дженкинс снова тяжело вздохнул.
— Да Эльзи… Думаю нам стоит выйти от сюда, ты как готова идти помогать, этому своему свету?
— Конечно! — Девочка встала со стула и в след за Дженкинсом покинула допросную комнату.
— Только предупреждаю, от меня не на шаг и помалкивай ладно? — Дженкинс внимательно посмотрел в честные глаза ребенка, что натягивал на свою рыжую голову маленькую офицерскую фуражку.
— Конечно — конечно дядя Дженкинс, а как зовут ту тётеньку, что приходила? — Невинный вид маленькой девочки в форме офицера всё же чуть подуспокоил Дженкинса и он тяжело вздохнув поделился не такой уж тайной информацией.
— Ефримия Блейкроуз, именем Императора — госпожа инквизитор.
— О, получается я разговаривала с самим Инквизитором. — Девочка даже привстала на носочки, когда проговаривала столь длинную фразу, после чего повернулась к парии. — А она ведь очень сильная да?