А сейчас… Сколько я знала Флэйри, сына Годэла? Всего пять дней. И мне уже хотелось остаться с ним, но у него есть его вечная любовь — Золи, а у меня мои дети. В этот момент я поняла, что самый счастливый день за последние несколько лет подходит к концу. Опустив голову, я посмотрела вниз. Там, на далекой земле, зажигали фонари, потому что становилось все темней.
— Сафи, — Флэй шагнул мне за спину, вновь заключив меня в капкан своих рук, опершись о перила по обе стороны от меня. — Смотри.
Я, нехотя, задрала голову и ахнула. Чем черней становилось небо, тем больше проступали на нем звезды. Далекие, яркие, холодные. Но отсюда они казались так близко, что я испуганно прижалась к широкой и такой надежной груди моего дикаря.
— Ты чего? — он засмеялся, и его руки сомкнулись впереди меня. — Испугалась? Глупенькая.
— Отсюда чернота такая жуткая, — прошептала я.
— Я с тобой, чего тебе бояться? — я задрала голову и встретилась с его улыбкой.
— Это ненадолго, — тихо ответила я. — Это так ненадолго.
Объятье на мгновение стало сильней, и я закрыла глаза, чтобы спрятаться от безжалостного холодного звездного неба и того чувства одиночества, которое вдруг так напугало меня.
— Это еще не конец пути, Сафи, — прошептал Флэй, развернул меня к себе лицом, а затем прижал мою голову к своей груди.
Размеренно биение его сердца меня успокоило, и я сама освободилась из его объятий.
— Идем спать, — улыбнулась я.
Мужчина кивнул, снова взял меня за руку, и направились вниз. Спускались мы легче, быстрей и молчаливей. Не знаю, о чем думал Флэй, а я еще пыталась удержаться на грани лучшего дня, впитывая тепло широкой мужской ладони, удерживающей мою ладошку. И это было настолько приятным, что все грустные мысли улетучивались, оставляя лишь ощущение близости человека, сумевшего всего за несколько дней стать родным.
Старик у дверей уже спал. Так стоя и спал, привалившись плечом к стене.
— Отец, — Флэй аккуратно взял пожилого мужчину за плечо. Тот открыл мутные глаза и подслеповато прищурился. — Мы уходим.
— Доброй ночи, — поклонился старик.
— Ты-то идешь отдыхать? — спросил мой спутник.
— Нет, благородный тарг, — беззубо ухмыльнулся смотритель. — Башня-то звездная, сейчас самая пора начинается. Скоро парочки подтянутся. А может, никто не подтянется, лезть уж больно высоко.
— Ты засыпаешь, отец, тебе бы в теплую постель, — улыбнулся Флэй.
— Привычный я, не волнуйтесь за меня, — старик снова улыбнулся, но я заметила, что ему приятно такое внимание.
— Спокойной вам службы, — я тоже улыбнулась смотрителю башни.
— Спокойной ночи, отец, — мой дикарь осторожно потрепал старика по плечу.
— И вам доброй ночи, милостивые господа, сладкой и горячей, — широко улыбнулся смотритель и подмигнул.
Мы покинули маленький дворик перед Звездной башней. До нашего постоялого двора идти оказалось не так уж и далеко отсюда. Я поежилась, и рука моего спутника опустилась мне на плечо, согревая. Вновь задрав голову, я посмотрела на звездное небо. Сейчас оно было гораздо дальше и не пугало своим бездонным и таинственным провалом. На земле было уютней и спокойней.
На постоялом дворе нас ждал горячий ужин и постель, не очень мягкая, но все-таки постель. И вот тут произошло то, чего не случалось ни разу за эти пять дней. Мы с Флэем застыли по разные стороны кровати, нерешительно глядя друг на друга.
— Ты ложись, я в кресле, — сказал мой дикарь.
— Опять толком не отдохнешь, — возразила я.
— На кровати совсем не отдохну, — немного нервно усмехнулся Флэй и отвернулся к окну. — Раздевайся и ложись.
С этим спорить я не стала и вскоре юркнула под покрывало. Мужчина полуобернулся на скрип кровати, посмотрел на меня и расположился в кресле.
— Добрых снов, тарганночка, — произнес он и закрыл глаза.
Некоторое время я пыталась уснуть, но вскоре села и позвала его:
— Флэй.
— Чего тебе, неугомонное таргарское чудовище? — проворчал с кресла сын Белой Рыси.
— Иди ко мне. Тут места на двоих достаточно, — ответила я, пропустив мимо ушей эпитет, которым меня так щедро наградил дикарь из Ледигьорда.
— Мне и тут удобно, — ответил он, вытягивая ноги.
— Флэйри, сын Годэла, что за глупое упрямство? — прохладно спросила я. — Немедленно заканчивай играть в благородство и ложись на кровать. Приставать не буду, обещаю.
— Нашла чем пугать, — усмехнулся мужчина, но с кресла встал.
— Быстро, — непререкаемым тоном велела я и снова легла, отвернувшись от него, но слушая приближающиеся шаги.