— Детки, до скорого свидания, — пропел он.
— До свидания, дядя Най, — ответили малыши. — До свидания, Сафи.
Старшие просто поклонились, провожая нас настороженными взглядами. Хэрб и наемники поспешили следом. Дьол переводил тяжелый взгляд с меня на его сиятельство.
— Ты этого не сделаешь, — хрипло произнесла я, когда мы оказались за пределами приюта, и герцог поставил меня на ноги.
— Не сделаю, если будешь вести себя разумно, — ответил он, сжимая в пальцах мою ладонь.
— Я буду вести себя разумно, — выдохнула я, пытаясь снова не заплакать от бессилия.
— Я не буду ругаться за то, что проигнорировала мои слова о завтраке. Я даже готов не наказывать твоего щенка и этих дармоедов, которые проглядели тебя, если ты, как примерная жена сейчас примеришь свадебное платье, которое ждет тебя в наших покоях, завтра явишься на большой завтрак и будешь вести себя, как подобает герцогине Таргарской, естественно не только за столом.
— Проклятье, Най, я пока еще чужая жена, — воскликнула я, глядя на него со смесью ужаса и отвращения.
— Это временные трудности, — спокойно ответил герцог, но по-хозяйски прижал меня к себе.
— Тело твоей жены еще не опустили в фамильный склеп, как ты можешь говорить о свадебном платье? — потрясенно прошептала я.
Мы как раз проходили мимо одной из площадей, где герольд объявлял о смерти ее сиятельства. В нашу сторону обернулось несколько человек, пронесся тихий рокот, и вскоре вся площадь провожала нас хмурыми взглядами. Герцогиня была для них образцом благочестия, не смотря на то, что кормила и заботилась об этих людях я.
— Будь ты проклята, ведьма! — выкрикнул кто-то.
— Найти, — коротко велел герцог, и от нашего маленького отряда отделилось два наемника.
— Это ты ее убила! — проорал еще один голос, теперь не выдержал Хэрб.
— Засунь свой грязный язык в… — Дьол спешно закрыл мне уши, а Найяр с неожиданным одобрением посмотрел на моего помощника, который сейчас заходился в такой отборной площадной брани, что уши покраснели уже у Дьола.
— Как я устала от всего этого, — тихо простонала я. — Я так сильно устала.
Найяр вновь поднял меня на руки и попытался поймать взгляд.
— Все еще наладится, — тихо ответил он.
— Что наладится?! — закричала я, истерика вновь открывала мне свои объятья.
— Завтра в полдень на главной площади состоится казнь изменника и предателя Руэри Тигана… — вещал второй герольд на другой улице.
— А-а-а-а, — мой крик вырвался из груди, тело выгнулось дугой в попытке вырваться из рук герцога.
— Проклятье, — рыкнул он, еще сильней прижимая меня к себе. — Коня!
К нему подвели жеребца, которого все это время вели позади нас в поводу. Найяр взлетел в седло, выхватил меня из рук Дьола, которому передал на мгновение и помчался во дворец, из всех сил удерживая меня рядом с собой. Тарг Грэир уже был во дворце, он проводил герцога мрачным, даже злым взглядом. А потом снова был бег по лестнице со мной на руках и истошный крик герцога:
— Лаггера живо!
Платье я в тот день так и не мерила, проспав до самого вечера после настоя, что мне влил в рот лекарь.
Вечер прошел, как в тумане. Я проснулась ближе к ночи и сначала не поняла, где я и как здесь оказалась. А ближе к полуночи вернулся герцог. Он прошел в опочивальню. Затем стремительно развернулся и промчался по покоям, разыскивая меня. Нашел в кабинете, где я сидела, уронив голову на руки, и тупо смотрела перед собой. Найяр застыл в дверях, глядя на меня, после сполз вниз и сел на пол.
— Ты была в крепости, — утвердительно произнес он.
— С чего ты взял? — равнодушно спросила я.
— Твоя одежда пахнет тюрьмой и кровью, — ответил герцог. — Зачем?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — я повернула голову и безразлично взглянула на него.
— Кто тебя провел? — задал он новый вопрос, не дождавшись ответа на предыдущий.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — повторила я, снова отворачиваясь.
— Сафи, я буду пытать всех подряд, но узнаю, — устало произнес его сиятельство. — Ответь, и невиновные не пострадают.
— Тогда начни с себя, милый, — я широко ему улыбнулась. — Здесь других виноватых нет.
Я поднялась из-за стола и направилась к нему, перешагнула через герцогские ноги и прошла дальше. Он тут же поднялся и догнал меня.
— Сокровище мое… — я зажала уши руками. — Сафи! — надрывно воскликнул Найяр, отрывая мои руки от головы. — Сафи, пожалуйста, я так больше не могу, смилуйся, умоляю!
Он упал на колени, прижимаясь ко мне и стискивая так, что я вскрикнула.