- Терпи, маленькая.
- Терплю, - сипло ответила я, утыкаясь носом в его куртку.
Ехали мы достаточно долго, держась безлюдных мест, и остановились недалеко от песчаной береговой полосы. Флэй слез с телеги, подхватил жуткий сверток и, велев мне взять оружие, лежавшее на телеге, понес тело неизвестной покойницы. Я плелась сзади, время от времени вздрагивая и оборачиваясь, с силой стискивая ножны с мечом. Мне все казалось, что вот-вот, и Найяр нагонит нас.
Наш скорбный поход закончился возле деревянной развалюхи, скорей сарая, чем домика, где висели старые сети. Флэй положил тело на пол, достал из ножен нож и махнул им по горлу мертвой девушки, я не видела, но поняла. Затем обернулся ко мне и протянул руку.
- Снимай свою подвеску.
Я тут же положила меч на пол и послушно сняла кулон, где пряталось благословение богов. Отдала без сожалений, не сильно оно мне помогало. Мужчина нацепил кулон на шею девушке. Найяр знал этот кулон, на нем было выгравировано мое имя. Он много раз вертел его в пальцах после наших... Бр-р. Вспоминать о том, что я делила с ним ложе было неприятно.
- Что теперь? - спросила я.
- Есть на тебе еще что-то, что пес знает, и знает, что оно должно быть? - спросил мой дикарь.
Я задрала рукав и сняла маленький браслет, его я тоже редко снимала. Флэй немного повозился и, наконец, недовольно произнес:
- Не лезет. Ладно, будем считать, что слетел во время борьбы, - и бросил браслет рядом с телом.
Затем посмотрел на меня и встал.
- С телом закончили.
Мы вышли из домика, огляделись, и Флэй помани меня за собой. Забрав из телеги солому, устилавшее ее дно, мы перетащили сухую траву к дому. Мой дикарь вернулся в дом, и я услышала, как чиркнуло огниво, а вскоре потянуло запахом дыма. Когда огонь охватил сухие сети, затрещал на волосах мертвой девушки, мы, наконец, покинули это место и отошли к леску. Оттуда какое-то время смотрели, как медленно, но уверенно разгорается старый домишко.
- Стой здесь, я быстро, - сказал мой дикарь и быстро побежал к морю.
Я увидела, как он моет руки, трет песком и снова моет. Возвращался мужчина так же быстро, поглядывая по сторонам. Вечер все ближе подступал, все темней становилось на улице, и все ярче пылал огонь.
- Он поймет? - спросила я.
- Да, - кивнул Флэй и обнял меня. - Я не оставил ему шансов не понять. А теперь прячемся.
- Уходим? - не поняла я.
- Нет. Я хочу быть уверен, что он поверил, - ответил мужчина.
Телегу Флэй оттащил подальше, припрятав в густых зарослях какого-то кустарника Как объяснил мужчина, смотритель ею не пользовался, и хватиться ее точно не должны. А если случайно наткнуться, то не опознают. Деревенские привозили покойников на своих телегах. Лошадь, выпряженную из телеги, это была моя лошадь, вновь оседлали и отвели дальше в лес, а сами вернулись ближе к берегу. Флэй осмотрелся, приметил дерево и подставил ладони, сложенные вместе.
- Лезь, - велел он.
Кое-как, но я забралась, мужчина последовал за мной. Теперь мы были скрыты кустарником снизу и кроной, клонившейся к самой земле. Осторожно раздвинув ветки, мы ждали... Дождались. Конный отряд мчался в нашу сторону. Найяр, ехавший первым, но ходу соскочил с коня и помчался к дому, стены которого уже начали рушиться. Он что-то сжимал в кулаке, я еле-еле разглядела кусочек чего-то белого. Лицо его было разбито, и его обычная красота совершенно исчезла. Еще более жутким выглядели его метания перед догорающим домиком.
- Сафи, нет! - страшно заревел герцог.
Я вздрогнула и прижалась спиной к Флэю.
- Словно и не он душил совсем недавно, собственными руками, - услышала я ожесточенный шепот.
- Сафи!
Найяр схватился за голову, лицо его исказилось, пальцы взлохматили и без того спутанные волосы, и герцог беспомощно обернулся к отряду наемников, не сводивших взглядов с огня.
- А-а! - надрывно выкрикнул Найяр, падая на колени. - Нет! Нет! Не может быть, не может!!!
Он развернул то, что было у него сжато в кулаке, это оказалось письмом, и я покосилась на Флэя.
- Я готовился, - пожал плечами дикарь, продолжая смотреть на берег, где безумствовал герцог.
- Будь ты проклят, будь проклят! - выкрикнул Найяр и вновь схватился за голову.
Я видела, как герцог уткнулся головой в песок, оглашая берег стонами и невнятными криками. Было ли мне его жаль? Нет. В пыточной кричали страшней. И не всегда вина тех, кого мучил Таргарский Дракон, была столь велика, чтобы с них живых сдирали кожу. И теперь я смотрела скорей с омерзением, чем с жалостью. Я помнила свои крики, я помнила Ру, я помнила слишком много, чтобы жалеть того зверя, который выл на берегу.
- Уходим, - тихо сказал Флэй.
Но Найяр вдруг сорвался с места и помчался к догорающему домику, раскидывая ногами еще горевшее дерево. Прорвавшись сквозь завесу едкого дыма, он пробился к телу, сгоревшему телу.
- Ко мне! - заорал он.
Я увидела, как к нему побежал Дьол. Уже было достаточно темно, но в свете затухающего огня я узнала его. Наемник помог вытащить то, что осталось от неизвестной покойницы. Герцог нагнулся, разглядывая обугленные кости.
- Это ее медальон, ее, - донеслось до нас. - Боги, Сафи!
Прошло еще несколько томительных минут, прежде чем Найяр оторвал руки от лица, и его плечи перестали вздрагивать.
- Это не она! - выкрикнул он, переводя взгляд с одного воина на другого. - Это не моя любимая! Неужели кто-то думает, что я поверю?! Что я буду оплакивать это?! Она не могла оставить меня, не могла! Все обыскать, ройте землю, ищите следы! Пока не будет доказательств, я не поверю! - А после задрал голову и заорал в небо. - Кто бы ты ни был, но я найду тебя, слышишь, ублюдок?! Я все равно найду тебя и вырву твое сердце!
- Вот же мерзавец, такой план испортил, - вздохнул Флэй, осторожно спускаясь с дерева. - И что его раньше времени принесло...
Я соскользнула к нему в руки, и мы осторожно направились в сторону спрятанной лошади. Проклятье, он же пойдет по нашему следу. Даже, если убедиться, что я мертва, будет искать Флэя. И где гарантии, что однажды след не выведет его к приюту? Найяр не пощадит детей. Если найдет меня там... Боги!
- Нам нельзя в приют, - тихо простонала я.
- Знаю, - коротко ответил Флэй, подсаживая меня на лошадь. - Можем уйти через границу, потом вернуться с другой стороны.
- У него везде шпионы, а следопыты найдут след там, где его можно оставить. Нам надо стать другими людьми, чтобы исчезнуть, - я снова посмотрела на своего дикаря.
И мы некоторое время не сводили друг с друга взгляд.
- Море, - произнесли одновременно, и я добавила. - Ледигьорд.
- Ты уверена? - осторожно спросил Флэй. - Если нет, мы можем по морю перебраться в другое государство. Аристоф должен был приглядывать за моей лодкой...
- Нет, - я отрицательно качнула головой. - Везде, где есть шпионы, мы не в безопасности. Найяр не держит простаков. Один его приказ, и они перероют каждое государство.
- Тебе может быть там сложно, Сафи...
- Ты же не бросишь меня? - я испытующе посмотрела на Флэя.
- Никогда, - он улыбнулся и прижал меня к себе. - Тогда возвращаемся. Прорвемся, тарганночка. Лодка с другой стороны деревни. Если нет, будем искать другую, хотя бы просто отойти подальше.
Я кивнула, и он развернул лошадь. Теперь берег угадывался только по истошным приказам герцога Таргарского, которые доносил до нас ветер. Кричал его сиятельство зря, следопыты в темноте много не разглядят, это и я понимала. Значит, вскоре он вернется в деревню, но лучше бы остался до рассвета здесь. Похоже, так думал и Флэй, потому что к деревне мы подходили пешком, ведя лошадь в поводу, напряженно прислушиваясь.
- Нужно узнать, куда старик дел то, на чем я сюда приплыл, - шепнул мне Флэй. - Заодно скажем, чтобы лошадь забрал, когда отойдем от берега.
Я сжала его ладонь, мне тоже бросать лошадь было жалко. А найти бесхозное животное, брошенное неизвестно кем, мог любой. И все же...