Глава 1. Лия
Всем привет!
Меня зовут Лия.
Лия Адамова, если точнее.
Адамова Лия Максимовна, если уж быть совсем точной.
Мне восемнадцать лет. И я практически счастливый человек.
Практически – потому что завтра у меня экзамен, который я никогда не сдам.
Вот объясните мне, пожалуйста: какой очень умный человек придумал то, что на факультете иностранных языков нужно сдавать высшую математику?
Это прикол какой-то, да?
Я притягиваю к себе учебник, но тут же отпихиваю его обратно. Бесполезно. Я всё равно ни х… черта не понимаю.
Раздаётся стук.
Петя!
- Привет, Карамелька! – бодро кричит он и заваливается в мою комнату.
- Как дела, дядя Петя? – спрашиваю я, вытягивая вперёд кулак для приветствия.
- Всё гуд, тётя Мотя! – отвечает он и прислоняет свой кулак к моему.
“Карамелька” – это моё домашнее прозвище. В детстве я очень любила именно эти конфеты, и вся моя семья начала называть меня именно так.
А, да! Я же не познакомила вас со своей семьёй!
“Май фэмили ис нот вери ладж”, - как принято говорить на уроках английского в пятом классе. Моя семья – это папа, мама и Петя.
Говорят, что душа ребёнка сама выбирает себе родителей. Если это так, то моя душа, определённо, стояла первая в очереди.
И я не знаю, насколько моей душе нужно было вести праведную жизнь в своём прошлом воплощении, но мои родители и мой дядя – это главный подарок Судьбы!
Ах, да! Петя!
Петя – это мой дядя. Брат мамы. Но, разумеется, я воспринимаю его как своего брата, потому что считать дядей человека, который на шесть лет тебя старше – это крайне нелепо.
Так случилось, что мой дедушка, папа мамы и Пети, погиб, поэтому воспитанием Пети занимались мои родители. Его мать, Марина, долгое время находилась в тюрьме, а когда освободилась, заявилась к нам и потребовала вернуть ей ребёнка. И хотя я была очень маленькая, но отчётливо помню, как плакала, испугавшись, что у меня заберут моего лучшего друга. Моего Петечку. Но папа всё очень быстро решил, и Марину я больше никогда не видела.
Несмотря на то, что Петя называет моих родителей по именам, мне кажется, он относится к ним, как к своим родителям тоже. Маму он обожает и никогда не рассказывает ей о своих проблемах, чтобы не волновать. Зато с папой Петя делится вообще всем. Они лучшие друзья. Папа безумно гордится Петей. Даже представляя его своим знакомым, папа с гордостью произносит: “Пётр – моя главная поддержка и опора”.
Мне кажется, это потому, что Петя с папой очень похожи. По характеру. И в манере общения, и в деловой хватке, и в своём отношении к нам с мамой. И даже в том, что Петя – “ходок”.
Тот ещё.
Нет, нет, мой папа не “ходок”. Точнее, мне кажется, он был таким раньше. До мамы. Ну, потому что то, с какой лёгкостью он “покрывает” все Петины “похождения” о многом говорит.
Но всю свою жизнь мой папа настолько любит, заботится и оберегает свою жену, что мне даже сложно представить, что может быть как-то по-другому. Что в мире существуют такие понятия, как “развод”, “предательство”, “измены”… Даже когда папа бывает в гневе или не в настроении, стоит маме лишь повернуть голову – и всё кардинально меняется.
Говорят, что женщина выглядит на столько, насколько её делает счастливой её муж. Эти слова сказал человек, явно знающий мою маму лично. Ей сорок два года, но никто и никогда не даст ей больше тридцати. Когда мы всей семьёй выбираемся куда-то отдыхать, наши родственные связи, в представлении окружающих, выглядят примерно так: мы с Петей – брат и сестра, папа – наш папа, а мама – девушка Пети. И, порой, когда Петю не воспринимают за серьёзного кавалера для мамы, папе приходится отгонять настойчивых ухажёров. А до этого лучше не доводить, поскольку, ревность – один из главных папиных пороков.
Иногда мне кажется, что я – диснеевская принцесса.
Которая, по какой-то нелепой причине, вынуждена сдавать высшую математику.
- Чё читаешь? – Петя с разбега прыгнул на кровать и улёгся рядом со мной, взяв в руки учебник. – О, “царица наук”! Похвально-похвально. Интересно?
Учитывая то, что Петя прекрасно знает мой “интерес” к естественным наукам, все его высказывания сейчас – непрекращающийся поток сарказма.