- Вкусно, определено вкусно, - произнес он, после чего покачал головой и отломил еще кусочек. Протянув руку к моим губам, он улыбнулся. - Но до вашего чизкейка ему далеко. Тот был бесподобен.
Я, польщенная его словами и покрасневшая от жеста, позволила Эйдену накормить меня. Чизкейк был чуть более твердым, чем ему следовало быть, чувствовался явный вкус ванили, перебивавший все остальные.
- Я ощущаю пустоту из-за потери.
- Ее обязательно заполнит кто-то другой, - тут же в ответ на мою реплику проговорил Эйден, сделавший глоток чая.
- Но если я этого не хочу кого-то другого? Если я хочу найти этого человека, узнать, кем он был..., кем он был для меня?!
- Он определенно был дорог вашему сердцу. Впрочем, как и вы для его.
- Откуда вы знаете?! - разозлилась я. - Как вы можете говорить это так уверенно?
- Потому что я знаю того, кого вы потеряли, Айрин, - просто ответил Эйден. - Поверьте, для него вы стали самым дорогим человеком. И если бы у него была возможность к вам вернуться, он сделал бы это немедленно. Он и сейчас пытается сделать это.
Глава 37
Я думала, что дружба нерушима. Я верила, что дружба - это навсегда. Я доверяла - меня предавали. Я молчала -меня обижали. Я помогала - от меня отворачивались. Я открывала душу - в нее плевали. Я отдавала себя полностью - от меня отказывались.
Сердце разрывается от боли, ноги сводит, в животе словно завязался узел, который причиняет ужасные страдания. Я глупая. Глупая, потому что верю людям, потому что улыбаюсь им, впускаю в свой мир, отдаю все, что у меня есть, ничего не оставляя себе.
Так больно, что я задыхаюсь. Хочется рыдать. Я устала. Хочу спрятаться. Хочу уехать отсюда далеко-далеко, к своим родным, к бабушке, которая всегда окружала меня любовью. Она убаюкивала меня своим голосом, одной улыбкой освещала мою жизнь. Никогда эта прекрасная женщина не причиняла мне боли. С ней я всегда была собой: никогда не стеснялась своих мыслей, внешности, себя...
А теперь ее нет. И я больше не обниму ее. Не коснусь ее рук поцелуем. Не услышу, как она зовет меня по имени. Кто будет выращивать баклажаны и кукурузу к моему приезду? Кто найдет мне ведро сладкой красной клубники? Кто окутает своим теплом? Добротой? Всепоглощающей бабушкиной любовью?
Я всегда вспоминаю ее улыбку и смеющиеся глаза. Они постоянно перед мной. Каждую ночь. Каждое утро.
Я чувствую себя разбитой, сломленной, опустошенной. Я знаю, что нужно подождать, что все пройдет, нужно лишь дать времени, лучшему врачу, сделать свое дело, но, черт побери, оно работает так медленно, а внутри все так болит, адски, мучительно, доводя до агонии.
Сидя сегодня на работе, я написала эти строки. Сердце кричит, истошно вопит, воет, ноет, плачет, ибо оно устало. Устало разочаровываться и впускать в себя тех людей, что уродуют его. Устало терять и отпускать.
14.03.2023
Извините меня, мои дорогие дамы. Это не относится к книге никак. Просто мысли вслух.
Айрин
Проголодавшись, я все же заказала сырную тарелку. Мы сидели за столом, медленно потягивали остывший чай, который в последствии сменился на бокалы ароматного, богатого на вкус вина. Делая маленькие глотки, Эйден рассказывал, а я слушала. Ресторан за это время почти опустел, до закрытия оставался один час. Я наблюдала за Эйденом, слушала его голос, сильный и нежный одновременно, неотрывно смотрела на то, как на лице одна эмоция сменяется другой. Его слова, жестокие, ужасные, могущие повергнуть любого в шок, вызвали во мне желание закрыть Эйдена своим телом, укрыть и дать почувствовать вкус настоящей жизни, не обремененной обязательствами перед другими. Только перед самим собой. Искать свое счастье.
Его рассказ произвел на меня глубокое впечатление. Родиться в семье мафиози? Сражаться с отцом за право жить нормальной жизнью? Пожертвовать собой ради того, чтобы спасти друзей? Согласиться на брак без любви, по принуждению, зная, что твой друг питает к твоей будущей невесты нежные чувства... Кто из нас отважиться сделать это?
- И теперь вы не знаете, где она? - тихо спросила я.
Эйден пожал плечами и отрицательно покачал головой.
- Я ищу ее до сих пор, мои друзья даже подключили своих людей, но все без толку. лу как будто сквозь землю провалилась.
Я сочувственно поджала губы, не находя утешительных слов, и сделала глоток вина, терпкого, пряного. И все же, несмотря на его рассказ, нас окутали приятная усталость, атмосферность вечера: из колонок лилась современная классика, неяркие лампочки отбрасывали тени, фонари, словно маяки, служили верными помощниками людям, что не могли найти себе места дома в это время.