Оказавшись в одном из спальных районов, я увидела, что здесь дома были внушительнее, напоминая скорее особняки с беседками, бассейнами, большими гаражами, в которых находилось по несколько машин, и личной охраной. Остановившись возле одно из таких, Рафаэль приспустил окно, показавшись перед охранником, а затем, когда ворота открылись, снова тронулся, припарковавшись возле входа. Не успели мы выйти, как дверь дома открылась и на улицу вышел высокий, широкоплечий мужчина со светлыми волосами, часть из которых была убрана в маленький хвост, и глазами цвета льда, пронзительно голубыми. Одетый в свободную рубашку, стилизованную под эпоху Ренессанса, и черные брюки, демонстрирующие узкие бедра, он в считанные секунды преодолел расстояние между нами.
Ничего не говоря, он остановился перед Харви, крепко обнял его и что-то прошептал на ухо. Плечи Харви задрожали, словно он вот-вот расплачется, однако слезы так и не потекли - он сдерживался изо всех сил, пытаясь подавить в себе чувства. Простояв так несколько минут, они разомкнули объятия, Джейми взял Харви за руку и повел в дом, Рафаэль вытащил багаж из автомобиля, а Зейн подошел к нам. На его красивом, точеном лице появилась чарующая улыбка. Да, Джин была права, было в нем что-то аристократическое, что-то такое, что побуждало меня присесть в реверансе.
- С каждым днем ты становишься все краше, - покачал головой Эйден и улыбнулся.
Зейн тоже улыбнулся, отчего шрам, тянущийся от брови к нижней челюсти, чуть растянулся в ширине. Эта деталь внешности придавала особый шарм всему облику мужчину.
- Малыш, - сказал он, потрепав Эйдена за щечку.Тот засмеялся, и у меня на сердце сразу стало теплее. - Как же давно я тебя не видел, ослик.
Последнее слово было сказано так мило, что Эйден протянул громкое "О!", а затем кинулся обнимать Зейна, взгляд которого упал на меня. Отпустив Эйдена, он кивнул мне головой.
- Вы должно быть, мисс О'Лири?
Я кивнула. История с Джейми и Рафаэлем повторялась. Зейн вновь улыбнулся, обнажив ряды аккуратных белоснежных зубов, а затем произнес:
- Я Зейн. Позволите?
Он вытянул вперед руку, ладонью вверх, и я под одобрительное подмигивание Эйдена вложила в нее свою. Склонившись на моей рукой, Зейн легко коснулся ее губами.
- Приятно познакомиться, Айрин.
Я, смущенная донельзя, заулыбалась и взглянула на посмеивающегося Эйдена, который качал головой.
- Ой, подхалим, ну что за подхалим.
Зейн отпустивший мою руку, в мгновенье ока дал Эйдену затрещину и рванул с места. Эйден побежал за ним, пытаясь дать сдачу, а я стояла на своем месте, не сдерживая свой смех. Рафаэль подошел ко мне.
- Мы давно не собирались вместе.
- Знаю, - выдохнула я, глядя на этого мужчину. - Эйден рассказал мне, что случилось.
- Это хорошо, - кивнул Рафаэль, - между возлюбленными не должно быть секретов, - мы смотрели, как Зейн и Эйден салят друг друга и пытаются убежать как можно дальше. Словно малые дети, они наслаждались общностью и игрой. - Я наломал дров в свое время. Иногда я думаю, что моя испанская кровь действительно вызывает во мне неконтролируемые эмоции, а потом понимаю, что пытаюсь оправдать себя таким образом. Я не имел права так поступать. Ни с Эйденом...ни с Лукрецией.
Его голос дрогнул, когда он произносил последнее имя.
- Мы все делаем ошибки, Рафаэль. Мы не идеальны. Не нужно убиваться из-за неверных поступков, необходимо решить, как исправить последствия и что сделать для того, чтобы это больше не повторилось. Вы искали ее?
Рафаэль молча кивнул.
- Ищу ее до сих пор, но не могу найт.
- Что вы намерены делать, когда все же отыщите Лукрецию?
Рафаэль схватился за ручку багажа и сделал шаг вперед, приглашая меня последовать за ним. Дом, в который мы направлялись, был невероятно велик. Скажу честно, я была поклонницей маленьких шотландских домиков, увитых плющами и почерневших от копоти. Может быть, это обусловлено зовом моих корней, может быть, из-за того, что я с детства была окружена ими. Не знаю. Просто я не люблю большие пространства, в них четче ощущается одиночество.
- Ничего.
- Почему?
- Я обещал жениться на другой.
- И вы тоже? - искренне удивилась я.
- Да, - кивнул Рафаэль, печально улыбнувшись. - Поступок маленького обиженного испанца.
- Но вам же нравится Лукреция, - нахмурилась я. - И вы хотите быть с ней.