- Ну что, едем домой? - спросил Эйден.
- Да, только заедем по пути в дом Робертсов.
Харви натянул капюшон и поволок чемодан в коридор. Мы пошли за ним.
- Зачем тебе нужно к Робертсам? - спросил Рафаэль, запирая входную дверь с внешней стороны.
Мы все уставились на Харви.
- Мне нужно забрать свою дочь, - ответил он и начал спускать вниз.
Глава 47
"Не отчаивайтесь, даже если действительность толкает вас к этому. Даже тогда, когда кажется, что все потеряно, к вам могут прийти новые силы, и это будет означать, что вы вновь ожили". (Франц Кафка)
Эйден
Оказавшись на пороге дома, Харви достаточно сильно постучал по двери. Айрин мы оставили в доме Темпла, чтобы она поспала, Рафаэль сидел в машине, терпеливо дожидаясь нас. Дверь открылась спустя пару минут, за ней стояла миссис Робертс с длинной тряпкой в руках. Мы поприветствовали ее. В доме пахло выпечкой, показалось, будто в духовке пеклись пирожки с картошкой и грибами. Увидев нас, она немало удивилась, открыв рот, но так и ничего не сказав. Спустя несколько секунд, она все произнесла:
- Здравствуйте, мальчики. Какими судьбами?
Я взглянул на Харви, который в свою очередь мрачно смотрел на миссис Робертс.
- Я приехал забрать Амели, - сказал он.
- Вот так сразу? - тихо спросила она. Глаза ее были заплаканными. Эта женщина потеряла своего единственного ребенка. - Даже не посидите у нас немного?
Она перевела взгляд на припаркованную машину Рафаэля, махнув ему рукой.
- Мне хочется..., - начал было Харви.
- А мне хочется выпороть тебя, как маленького ребенка.
Мы уставились немигающим взглядом на миссис Робертс. Позади послышались крики Амели и возгласы мистера Робертса: они явно не могли что-то поделить. И вдруг в какой-то момент мы все рассмеялись, у нас явно сдавали нервы. Вытирая слезы со своищ щек, миссис Робертс крикнула Рафаэлю, чтобы тот выходил, после чего прошла вглубь дома. Мы поняли, что отказываться нет смысла. Я вошел первым, потянув за собой Харви. Дом был небольшой, старенький, доставшийся мистеру Робертсу по наследству, но уютный и комфортный. Оказавшись в холле, мы разделись, сложив аккуратно вещи в шкаф, после чего прошли гостиную. Мельком взглянув на нее, я увидел портрет Лили и ее родителей, висевший над камином. Харви было повернул голову, но я подтолкнул его вперед в надежде, что он пропустил деталь, способную снова ввергнуть его в пучину отчаяния и потери.
В коридоре было пусто, за исключением пары игрушек, что валялись на полу. Оказавшись на кухне, мы прошли вглубь. Рафаэлю, самому высокому и широкому из нас, было ужасно тесно здесь, и все же он улыбался в тридцать два зуба.
- Где наша девчонка? - поинтересовался он.
- Играет с дедулей в своей комнате, - ответила миссис Робертс, поспешив вынимать из духовки противень.
Я немного ошибся, там были не пирожки, а большой такой пирог, который даже мы, признаться честно, сумели бы съесть не с первого раза.
- Я знала, что вы приедете сегодня, - сказала миссис Робертс. - Садитесь за стол, мальчики. ей Богу, вы как будто не у себя дома.
Я взглянул на Харви, который даже не снял капюшон толстовки, а затем, дав пинок под зад Рафаэлю, сел на стул, отодвинув другой. Харви сел рядом, Рафаэль, гневно взглянув на меня, расплылся в улыбке.
- Миссис Робертс, можно мне кусок побольше? Я очень голодный, - с мальчишеской прямотой попросил Рафаэль.
Она улыбнулась, кивнув головой, после чего позвала мистера Робертса. Повисла неловкая тишина, я чуть было не спросил, как они поживают, но вовремя сдержался. Ну и вопросы, конечно, у меня. Я вообще не понимал, как себя вести в такой ситуации. Да, я терял человека, который по крови был мне отцом, но его смерть никак не отразилась ан мне. Отцом он был хреновым, оставил после себя лишь хаос и ощущение пустоты. При жизни он только избивал меня и мать, угрожал и держал в страхе. Так что я не скучал. Если бы этот выродок до сих пор жил, я убил бы его сам.
- Конечно, мой хороший, - улыбнулась миссис Робертс.
Мы отвлекали ее. Отвлекали от той боли, которую породила собой дыра, что однажды превратиться в пустоту, которую ничем нельзя будет заполнить. Мать на то и мать. Ее дети для нее превыше всего.
Рафаэль принял из ее рук тарелку в тот самый момент, когда в дверях появился мистер Робертс, слегка удивленный нашим появлением. Он вошел в помещение, глаза его были мутными, щеки и губы покрасневшими, лицо мокрым. Амели игралась с плюшевым мышонком, мордочка которого была такой же милой, как и лицо его хозяйки. Одетая в рыжий свитер с изображением цветов на рукавах, она улыбалась и выглядела такой счастливой. Эта малышка еще не осознала, кого потеряла.