Я была свободных от всех невзгод ребенком. Беззаботная, смешливая, веселая, озорная девчонка, ищущая приключений. Сердце трепетало. Приготовившись, я спрыгнула на ступеньку, совершенно не учитывая тот факт, что асфальт был сплошь покрыт льдом после дождей и ночных заморозков, обрушившихся на город. Рухнув на спину и ударившись затылком о ступень лестницы, я вскрикнула, почувствовала ужасающую боль, кубарем покатилась вниз, прямиком к той клумбе, что стояла сегодня к перилам ближе, чем обычно. Мелькнула мысль, что на сей раз удача не спасет меня, голова коснулась острого угла. Вспышка боли, а дальше ничего, кроме тишины и темноты.
***
Эйден
Я бежал. Бежал в лесу, где ветки деревьев нещадно царапали кожу, сучья впивались в ступни, а корни пытались схватить меня. Я бежал и спотыкался, бежал и звал ее по имени, а она плакала в ответ и просила спасти. От ужаса у меня перехватило дыхание, кровь прилила к голове.
- АЙРИН! - заорал я во все горло, но ответом мне был лишь ее плачь.
Я бежал, бежал, бежал, не считая ни минут, ни часов, ни собственных криков, ни ее просьб о спасении. Ноги застревали в мокрой, вязкой земле, камни и острые ветки впивались в кожу, оставляя на ступнях кровоточащие раны.
- Эйден! - прорыдала Айрин. - Эйден!
Я споткнулся, полетев лицом в землю, попытался встать, но корни дерева обхватили ступни и потащили меня в сторону, словно мясо на растерзание. Я отбивался, видит Бог, отбивался как мог, пытался разорвать путы, обвившие мою плоть, и звал Айрин, что теперь молчала. И в какой-то момент мне показалось, что она замолчала навсегда. В какой-то момент мне показалось, что я умираю от неизвестности, но резкие толчки заставили меня открыть глаза, показалось лицо Харви, смотревшего на меня с невысказанным беспокойством.
- Дурной сон? - спросил он.
Я не сразу понял, о чем он, и только через пару долгих секунд до меня дошел смысл. Я кивнул головой, скатился с кровати и уставился в окно. Солнце опускалось за горизонт, уступая место вечеру и темноте. Что-то здесь не то.
- Мне надо увидеть ее, - сказал я, схватив вещи и направляясь в ванную, чтобы смыть с себя остатки страха за ту, к которой я был неравнодушен.
- Кого? - спросил Харви, последовавшего за мной.
- Айрин, - бросил я. - Мое сердце беспокойно. Хочу убедиться, что она в порядке.
Харви кивнул головой.
- Подготовить машину? - спросил он.
Я благодарно взглянул на него и кивнул головой, прекрасно понимая, что за этим вопросом крылось то, что мой друг не хотел оставлять меня одного в этот час.
- Жду внизу.
- Буду через пять минут.
Сказав это, я полностью открыл кран, обрушив на себя поток горячей воды, прогнавшей тьму из моего сознания.
Глава 23
Память согревает человека изнутри, и в то же рвет его на части.
(Харуки Мураками "Кафка на пляже")
Айрин
Рядом кто-то шептался, и я встрепенулась, пытаясь расслышать хоть что-нибудь, но голова, словно свинцовая, отказывалась принимать какую-либо информацию. Хотела было встать, но поняла, что тело тоже не слушается: ноги, как лежали на чем-то, так и лежат, руки совершенно не меняют своего положения, и даже веки, что я упорно пыталась открыть, намертво приклеились друг к другу. Что со мной происходит? Где я? Почему гул голосов только усиливается?
Так, срочно нужно что-то делать. Помню, как в какой-то книге, которую я читала сравнительно давно, была сцена, где героиня лежит в коме и начинает разговаривать сама с собой, что приводит ее в чувство. Может быть, я тоже лежу в коме? А если это так, то по какой причине? И когда это случилось? А кто виноват? Черт, слишком много вопросов и так мало ответов.
Я представила себе, как сижу напротив мозга, который подозрительно смотрел на меня, и гневно бросила: "А ну-ка давай поднимай меня!"
Он лишь фыркнул, сложил свои длинные тоненькие ручонки на груди и отвернулся от меня, говоря следующие возмутительные слова: "Я на тебя обижен!"
На меня?! Обижен?! Да за что?! Я вела обычный образ жизни, работала и не напрягала его никакими эмоциональными событиями, которых в моей жизни не было уже совсем давно. А за роман с бывшим я уже не раз просила у него прощения и признавала, что он во всех смыслах был прав, когда твердил моему наивному сердцу, что этот придурок - редкостный козел и вообще волосатый хрен с маленьким членом и невероятно большим эго. Да мы и расстались-то уже полгода назад. Что припоминать то, что уже давно забыто?