Бэл поясняла на ходу:
— Первый этаж — всё для тела: еда, лечение, опасные эксперименты. Второй, третий, четвёртый, пятый — для ума. Там в основном находятся лекционные и поточные аудитории. А вон то крыло, — она махнула рукой в сторону длинной галереи, уходящей на запад, — администрация. Туда без вызова лучше не соваться. Там же находится Дубовый зал для собраний и Бальный зал.
Я старалась запомнить. В голове выстраивалась мысленная карта — на всякий случай. Кто знает, где придётся искать убежище или, наоборот, кого избегать.
Получалось, что мужское и женское общежития располагались в башнях, а в пристройках к замку, как я поняла, были спрятаны столовая и бассейн.
— Плаванье — лучший способ снять стресс, — заявила Бэл, когда я спросила про последний. — Особенно после шести часов лекций… Советую тоже туда записаться. Потом скажешь мне за это спасибо.
Я промолчала. Не умею плавать. И купальника у меня нет. Ещё одна мелочь, которую придётся решать. Потом.
Пока мы шли, моя соседка сыпала информацией, как из рога изобилия. Ей явно доставляло удовольствие, что она нашла в лице меня внимательного слушателя.
— Первый курс — это сплошная теория и нуднятина. Основы, основы и ещё раз основы. Тебя будут учить чувствовать магию внутри себя, наращивать магические жилы, управлять потоком. А сегодня на собрании определят твой резерв.
— Резерв?
— Объём магической энергии. Он у всех разный. От него зависит, сколько заклинаний ты можешь кастовать подряд, не свалившись в обморок. На втором курсе, когда резерв укрепят, начнётся настоящая практика. А на третьем — самое интересное: распределение по специализациям и изучение магии формоизменения.
—Что это такое? — спросила я, пытаясь вообразить, что скрывается за этим названием.
— Изменение форм предметов. В том числе своей. Типа превращение в зверей, птиц… Хотя это очень энергозатратно, — Бэл махнула рукой. — В обычной жизни почти не используется. Зачем оборачиваться воробьём, если можно отправить письмо перемещением? Зато в шпионаже или слежке — бесценно.
Я слушала и раскладывала по полочкам. Магия формоизменения — полезно, но сложно. Теория — скучно, но необходимо. Резерв — надо будет узнать, какой у меня.
Наконец мы подошли к двум огромным резным дверям из тёмного дерева. На них не было никаких надписей, только сложные узоры, переплетавшиеся в геометрические розетки.
— А, мы пришли, — сказала Бэл, словно только что увидела массивную дверь и, положив на ней ладошки, толкнула створки.
Моё дыхание перехватило. Я замерла на пороге. Это было не помещение.
Это был храм.
Место, где все было подчинено Книге.
Высокий, уходящий в полумрак потолок поддерживали колонны из тёмного, отполированного дерева. Но вместо золота и бархата здесь царили дерево, камень и кожа. Бесчисленные стеллажи, вздымавшиеся до самого верха, были сделаны из того же тёмного дуба. Лестницы-стремянки на колёсиках стояли в проходах, будто в ожидании. Воздух был густым, напоённым запахом старой бумаги, воска, кожи и чего-то ещё — сладковатого, похожего на засохшие травы. Свет проникал сверху, через огромные круглые окна-розетки, и падал конусами, в которых танцевали переливы позолоченных корешков книг.
— Идём, — прошептала Бэл, таща меня за рукав. — Первое время лучше не оставаться здесь одной.
Мы прошли между рядами стеллажей. Я задирала голову, разглядывая корешки. Тут были книги всех размеров и цветов: от крошечных, в латунных застёжках, до гигантских фолиантов, для переноски которых, наверное, требовалась магия. Моё любопытство пересилило робость. Я потянулась к небольшой книге в синем переплёте, желая просто ощутить её под пальцами.
Книга дёрнулась.
Не упала. Она дёрнулась на полке, как живая, и отъехала вглубь на пару сантиметров, будно избегая моего прикосновения. Я отпрянула.
— Э-э, Бэл…
— А, да, — та спокойно оглянулась. — Невидимые библиотекари. Духи места. Они следят за порядком. Если тебе нужна книга, надо мысленно очень чётко её пожелать. Или заполнить форму на терминале. Вот, — она показала на небольшие столики с плоскими сенсорными панелями, расставленные между стеллажами.
Я снова посмотрела на книгу. Она замерла, но я чувствовала — следит. Или мне казалось? В любом случае, здесь явно не любят, когда трогают без спроса.
Я снова посмотрела на стеллажи.
Теперь, присмотревшись, я заметила странности. Книги на верхних полках иногда сами выдвигались, зависали в воздухе и плавно переносились куда-то вглубь залов. В полумраке у дальней стены кто-то невидимый перелистывал страницы.