— Они должны сначала полюбить друг друга, — заявила Шарлотта. — Людям надо любить, чтобы жениться.
Лорд Шелдон закатил глаза:
— Это чепуха из дешевых романов и сказок. Ты не должна верить ни единому слову там. Люди женятся каждый день по иным причинам, чем любовь.
— Но ведь ты любил мою маму, не так ли? — сказал Эдвард.
Лицо лорда Шелдона сделалось отстраненным и непроницаемым при упоминании его усопшей жены.
— Да, я любил ее, — тихо сказал он.
Внезапно Ливви поняла по выражению его лица, какое напряжение испытывал Джейсон все эти годы, стараясь скрыть все еще не заживающие душевные раны. Помимо печали она уловила также скрытую ярость раненого животного, не способного отличить друга от врага и относящегося с подозрением ко всем, продолжая испытывать боль. Затем это впечатление быстро исчезло, и на лице маркиза вновь появилась маска холодной сдержанности.
— Брак по любви не является типичным, — продолжил он. — Я не знаю, какие глупости говорила вам мисс Уэстон…
— Осторожнее, милорд, иначе мне может прийти в голову, что вы решили удивить меня своей бестактностью, — сухо сказала она.
— Я сомневаюсь, что в вашей голове найдется место для подобных мыслей. Насколько мне известно, она заполнена у вас абсурдными мечтами, которые вы передаете этим детям.
Он говорил, что она необычная женщина, напомнила себе Оливия. Тогда это был реальный Джейсон. А сейчас он надел на себя холодную маску человека, который старался защититься от внешней угрозы. Она не должна терять присутствия духа. По крайней мере пока здесь находятся дети.
Элис воткнула несколько фиолетовых цветов из шелка в косы, уложенные кольцом вокруг головы, и распушила локоны, которые обрамляли лицо Ливви.
— Вот и все, мисс.
Оливия посмотрела в зеркало, которое висело над туалетным столиком, и была очарована тем, что увидела. На этот раз она смотрела на себя, не сравнивая с кем-то еще. Женщина, смотревшая на нее, выглядела красивой сама по себе. Можно сказать, она отличалась своеобразной красотой.
— О, благодарю, Элис. Я хотела бы всегда быть с тетей Кейт, чтобы ты могла творить такие чудеса каждый день.
Служанка улыбнулась:
— Вы прекрасно выглядите, мисс Оливия. Ну, мои ягнята, пора вернуться в детскую.
Дети запротестовали — Шарлотта более громко, чем Эдвард, — однако позволили увести себя после того, как Ливви пообещала приберечь сладости для них на завтра.
Когда дети отошли на достаточное расстояние, чтобы не было слышно голосов, она повернулась к Джейсону.
— Вы хотите сказать мне еще что-то, милорд? У вас припасено для меня еще какое-нибудь оскорбление?
— Неужели я случайно опять обидел вас, Оливия?
— Я сомневаюсь, что это было сделано случайно, — сердито сказала она. — Едва ли вы думали, что я буду польщена, услышав, что у меня в голове нет ничего, кроме абсурдных мечтаний. Между прочим, дети и я говорили о моем предстоящем светском сезоне, извините, но я не понимаю, почему это следует считать абсурдной мечтой.
— Потому что, — медленно произнес он, — я уверен, вы придумали историю о том, что хотите влюбиться, выйти замуж и потом жить счастливо.
Ливви скрестила руки на груди.
— Я не говорила ничего подобного.
— Однако надеетесь, что это произойдет, не так ли?
— Да, я надеюсь выйти замуж, — призналась она. — А вы? Вы действительно имели в виду, что не хотите снова жениться, когда говорили об этом Эдварду?
Выражение его лица сделалось непроницаемым.
— Да, я действительно не хочу повторно жениться.
— Даже ради Эдварда? Дети в таком юном возрасте нуждаются в материнской любви.
Он покачал головой:
— У вас чрезвычайно романтические представления о людях. Не все матери склонны заботиться о детях. Очень многие дети воспитываются слугами.
— Но ваша жена, конечно…
— О, моя жена обожала Эдварда.
Ситуация начала проясняться.
—Тогда, значит, ваша мать холодно относилась к вам?
— Не сознательно. Полагаю, она не имела никакого понятия, что значит быть матерью. Она была самой младшей в семье и, судя по тому, что говорил мой отец, слишком изнеженной и избалованной. Их брак состоялся по договоренности родителей. Моя мать была почти ребенком, когда вышла замуж, и носила меня ровно девять месяцев со дня свадьбы. Думаю, она привыкла, чтобы заботились о ней, и не хотела заботиться о ребенке. За это ей пришлось поплатиться своей жизнью.
— Что вы имеете в виду? — спросила Ливви почти шепотом.
— Моя мать желала большего внимания, чем отец считал возможным уделять ей. Со временем она стала искать поклонников на стороне. Когда мне исполнилось восемь лет, мать решила сбежать с одним из них. Она и ее любовник погибли в результате дорожного инцидента на пути к кораблю, который отправлялся на континент.