Выбрать главу

Хотя не могу сказать, что вытаскивала я её с энтузиазмом спасателя. В глубине души я даже понимала почему ребята заперли именно Каталину. Её невозможно было не запереть. Она всегда поправляла всех, указывала на недочёты преподавателей и сокурсников. Причём на такие недочёты, на которые даже можно было бы и не обращать внимания. Вот только на моём уроке неделю назад Каталина, слушая ответ другого ученика, заметила:

–А в учебнике было сказано «духовного и материального», а не как он ответил «материального и духовного», профессор…

Уж не знаю как лично я выдержала сию действительно незначительную поправку, но в глазах ответчика-ученика явно проявилась такая грусть вселенского масштаба, что я даже не стала ему снижать оценку. Определение было людским, на магию оно не влияло, а вот то, что Каталина нарывалась – было очевидно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

–Профессор, а у нас сегодня практика будет? – подал голос Ласло. Мне он казался перспективным. Несмотря на разгильдяйское отношение к учебе, как я слышала от других профессоров, ко мне и моему предмету он относился очень аккуратно. Кажется, по моему предмету у него даже была отдельная тетрадь, когда другие он просто мешал в кучу.

–Ну, если успеем, – я пожала плечами. Проводить практические занятия было крайне опасно. Как оказалось, техника безопасности, все правила и алгоритмы, сколько не вбивай их в голову, вылетают из неё при первом же разрешении поколдовать. Третьего дня я в одном классе с трудом предотвратила дуэль – уж не знаю, что там эти двое не поделили, но они реально попытались друг друга под шумок моего занятия проклясть.

Отчитывая обоих, я поймала себя на мысли, что вообще-то больше не злюсь на мадам Франческу, которая в своё время учила меня и славилась тем, что линейкой больно била по нашим пальцам за неверный ответ или лишний шум. Я вообще больше на неё не злилась, но зато очень понимала.

–Профессор, а вот точный перевод этой руны «воздух» или «ветер»? – Каталина снова нанесла мне удар по и без того измученному мозгу.

Я вздохнула, шумно, признаю, но это был единственный для меня способ не сорваться тотчас. Потому что любой студент, перешедший хотя бы через год обучения, знает – «воздух» и «ветер» в рунах это одно и то же. Просто словники перевели по-разному.

–Каталина, ты не знаешь ответа или просто пытаешься обратить на себя внимание? – в первый раз за весь урок я обернулась к ней. Я не преподаватель по долгу и выдержке. Я просто здесь, чтобы собраться и найти способ мести тому, кто у меня всё отнял. Я не обещала быть доброй и понимающей. Но видит тьма, я терпела долго!

Девочка вздрогнула. Оглянулась по сторонам. Она была ведьмой, пусть неопытной, начинающей и раздражающей, но всё же ведьмой. Она не могла не почувствовать как от меня расходится кругами сила раздражения, та самая, что вызывает болезни и порчу тащит.

И ведь даже не обвинишь нас. Ну мы такие, природой заряженные. Мы раздражены и сила наша хлещет…

–Простите, профессор, – Каталина испугалась, опустила глаза. Я устыдилась: молодец, Магрит, именно так ведут себя профессора и именно так себя ведут ведьмы – связываются с заведомо слабыми подростками!

Молодец, ты определенно многого добьёшься! Карлини не зря тебя вытаскивал всё твое детство, не зря тебя опекал и не зря позволил тебе вернуться.

–К занятию, – решила я и отвернулась к доске, дописывая формулу. В классе царила тишина. Да, этот курс маленький – всего семь человек, даже в моё время магов и ведьм было всё-таки больше, не помню, чтобы у нас был хотя бы один год, когда было меньше десяти учеников. Вырождение что ли?

Я дописала формулу, обернулась к классу:

–Ну, если обещаете, что к следующему нашему занятию сделаете конспект до конца, то сейчас мы можем попрактиковаться.

Тишина.

–Обещаете? – ну что же за дети-то? у нас всегда было бодрее!

–Обещаем! – Ласло подал голос первым. Хоть одно нормальное живое существо.

–Тогда домашнее задание – конспект по параграфу пятнадцать. И когда я говорю про конспект, я не имею в виду что нужно переписать учебник, – я не стала называть имени, слишком это было бы уже явной неприязнью, но Каталина не справлялась с понятием именно конспекта. Она записывала слово в слово, с примерами, подробно.