Лера, когда Артем озвучил ей предложение, только улыбнулась.
«Конечно,иди! Тебе это нужно. Ты слишком много времени проводишь с нами, забыл, что значит быть просто мужчиной, а не папой и мужем. Развейся. Только обещай, что будешь осторожен за рулем».
Лаунж-бар и правда был неплох. Приглушенный свет, джаз, дорогая мебель. Катя и Максим сразу же увлеклись оживленной беседой, а Артем сидел, потягивая виски, и чувствовал себя немного не в своей тарелке. Эта обстановка была ему чуждой. Он был человеком действия, гаек и металла, а не полумрака и томных взглядов.
Именно тогда он ее заметил. Она сидела за столиком напротив одна. Дорого одетая, ухоженная, с холодной, отстраненной красотой. И она смотрела на него. Не на Максима, не на Катю, а именно на него. Ее взгляд был оценивающим, заинтересованным. Таким, каким на него смотрелись женщины раньше, до Леры, когда он был «Тенью» — опасным, недоступным, манящим.
Артем отвел глаза, почувствовав неприятный укол в груди. Это было знакомо. Слишком знакомо. Он сделал большой глоток виски, чувствуя, как алкоголь разливается теплом по жилам, притупляя острые углы.
Максим, заметив его напряженность, стал подливать ему чаще, вовлекать в разговор. Катя смеялась, рассказывала анекдоты. Артем пил. Пил, чтобы заглушить странное беспокойство, чтобы вновь почувствовать ту ложную уверенность, что давал ему алкоголь в прошлом.
Он снова посмотрел на ту женщину. Она улыбнулась ему едва заметно, подняв свой бокал в немом приветствии. И в этот миг его будто отбросило на несколько лет назад. Он снова был тем молодым, злым парнем, которому все было нипочем, который брал то, что хотел, не задумываясь о последствиях.
Он ответил ей кивком. Его сердце заколотилось чаще, но уже не от любви или страха, а от давно забытого азарта охоты.
«Парни, я пойду, перекурю», — его голос прозвучал хрипло.
Он вышел на улицу, зажигая сигарету дрожащими руками. Воздух был холодным и трезвым. Он пытался собраться с мыслями, но в голове был туман. Туман из алкоголя и нахлынувших воспоминаний.
Из бара вышла она. Подошла к нему близко.
«Скучно одному?»— ее голос был низким, соблазняющим.
Артем посмотрел на нее. Она была красива. Очень. Но ее красота была холодной и безжизненной, как манекен. В его памяти всплыло лицо Леры — теплое, живое, с лучиками вокруг глаз, уставшее и бесконечно любимое. Он вспомнил, как она сегодня утром, провожая его, поправила воротник его рубашки и поцеловала в щеку со словами: «Развлекайся, любимый».
И он вспомнил другую сцену. Себя, стоящего на коленях перед спящей Софией и клянущегося всегда быть ей верным.
Что он сейчас делает?
Он отшатнулся от женщины,будто ее прикосновение обожгло его.
«Извините,— его голос прорезал алкогольный туман, обретая былую твердость. — Я ошибся. Я женат. У меня есть дочь».
На ее лице промелькнуло удивление, затем презрительная усмешка.
«Женаты?Ну и что? Это же ничего не значит».
«Для меня значит все», — резко бросил он ей и, развернувшись, пошел обратно в бар.
Он подошел к столику, где сидели Максим и Катя.
«Мне пора.Я перебрал. Вызываю такси».
Катя, уже тоже изрядно веселая, хотела было возразить, но Максим, всегда более внимательный, взглянул на его лицо и все понял.
«Хорошо,друг. Как скажешь. Поехали вместе».
В такси Артем молча смотрел в окно. Стыд и отвращение к самому себе жгли его изнутри сильнее любого алкоголя. Он не изменил Лере физически. Но он изменил ей в мыслях. Он позволил той старой, темной части себя ненадолго проснуться и чуть не разрушить все, что он так долго строил.
Он пришел домой за полночь. Лера спала. В спальне горел ночник. Он тихо подошел к кроватке Софии, посмотрел на ее спящее личико, потом лег рядом с женой, осторожно обняв ее.
Она проснулась не до конца, повернулась к нему и прошептала сквозь сон:
«Ты вернулся…Хорошо погулял?»
«Нет, — честно выдохнул он, прижимаясь лицом к ее волосам. — Я чуть не совершил огромную ошибку. Прости меня».
Лера открыла глаза и в темноте посмотрела на него. Она ничего не спросила. Она просто обняла его крепче.
«Ты же вернулся ко мне.Значит, все сделал правильно».
Он закрыл глаза, вдыхая ее запах — запах дома, любви и прощения. Он не стал героем в баре. Он испугался, дрогнул, пошел на поводу у своих демонов. Но он сделал самый важный выбор — он развернулся и пошел домой. И этого было достаточно. Он снова победил свою тень. На этот раз — тихо, без драк и скандалов. И эта победа была самой важной в его жизни.