Он оторвался так же внезапно, как и начал. Его дыхание было чуть сбитым, и в его обычно пустых глазах плясали какие-то темные искры. Он смотрел на нее, на ее раскрасневшиеся щеки, на растерянные, полные смятения глаза.
Лера молчала. Ее губы горели. Все внутри перевернулось с ног на голову.
Он медленно провел большим пальцем по ее нижней губе, все еще смотря на нее с тем же нечитаемым выражением.
«Завтра», — сказал он тихо и развернулся, чтобы уйти.
Он сел в машину и уехал, не оглянувшись ни разу, оставив ее одну у подъезда с губами, все еще хранящими вкус его поцелуя, и с умом, погруженным в полный, оглушительный хаос.
Она боялась его. Но теперь она боялась и себя самой. Потому что той части себя, что ответила на его поцелуй, не было в ее привычном, упорядоченном мире. Она только что столкнулась с бездной в нем и обнаружила бездну в себе. И это пугало куда больше.
5 Глава. Утро после.
Той ночью Лера не спала. Но это была самая счастливая бессонница в ее жизни. Она ворочалась в постели, прижимала ладони к горящим щекам и снова и снова прокручивала в голове тот момент у подъезда. Его внезапное приближение, властный поцелуй, собственная ответная реакция, которая до сих пор заставляла сердце бешено колотиться.
Страх куда-то испарился, растворившись в адреналине и каком-то новом, пьянящем чувстве. Он поцеловал ее. Тот, кого все боятся, кто говорил с ней как с собственностью, выбрал именно ее. В этом был опасный, запретный флер, от которого кружилась голова.
Она представляла его улыбку, которую никогда не видела, пыталась нарисовать в воображении его лицо без привычной суровой маски. «Завтра», — сказал он. Что это значит? Они увидятся? Поговорят? Он снова ее поцелует?
Эти мысли гнали прочь сон и заставляли улыбаться в темноту. Она чувствовала себя избранной, особенной. Она разгадала тайну, увидела что-то под слоем льда, что-то, что он, возможно, никому не показывает.
Утро наступило яркое и солнечное, совершенно не соответствуя ее внутреннему лихорадочному состоянию. Лера собиралась в университет с ощущением, что парит над землей. Даже привычный маршрут автобуса показался другим — более светлым, полным надежд.
Она вошла в главный корпус, пропуская через себя толпу студентов, и ее глаза сами искали его. Она ждала этого момента в голове, как кивнет ему, какой будет ее улыбка — смущенной или уверенной.
И она увидела его. Возле огромного окна в холле, в самом центре всеобщего внимания и одновременно как будто в своем отдельном мире.
Он стоял, прислонившись к стене, и… смеялся. Его голова была запрокинута, горло обнажено, а на лице, обычно неподвижном и суровом, сияла беззаботная, открытая улыбка. Лера замерла, пораженная. Она не думала, что он вообще умеет так смеяться.
А потом ее взгляд упал на причину его смеха. На высокую стройную блондинку из параллельной группы. Девушка что-то оживленно рассказывала, жестикулируя, и касалась его руки со знакомой, непринужденной легкостью. И он смотрел на нее, и в его глазах, тех самых бездонных и пугающих, плескалось веселье и тепло.
Леру будто окатили ледяной водой. Весь ее ночной восторг, все счастливые фантазии рассыпались в прах с оглушительным треском. Воздух вырвался из легких одним болезненным выдохом.
Она стояла, не в силах пошевелиться, наблюдая, как он говорит что-то блондинке, и та заливается смехом, снова касаясь его плеча. Они выглядели идеальной, сияющей парой. Идиллической картинкой, в которой не было места для нее.
Ее «завтра» обернулось вот этим. Публичным, беззаботным флиртом с другой. Его «выйди погулять» и тот поцелуй, который перевернул всю ее вселенную, для него, очевидно, не значили ровным счетом ничего. Были минутной прихотью. Способом скоротать вечер.
Боль ударила с такой силой, что ее затошнило. Было горько, унизительно и до слез больно. Вчерашний поцелуй на ее губах вдруг стал казаться не пьянящим, а грязным и постыдным.
Он повернул голову, и его взгляд скользнул по ней. На долю секунды их глаза встретились. Улыбка не совсем сошла с его лица, но в глазах не появилось ни признания, ни смущения. Лишь легкое, почти незаметное отсутствие интереса, прежде чем он снова перевел взгляд на смеющуюся блондинку.
Этого было достаточно.
Лера развернулась и пошла прочь, пробираясь сквозь толпу, не видя ничего перед собой. Ее счастье длилось ровно одну ночь. А наутро она получила жестокий и ясный урок: нельзя верить теням. Они бестелесны и непостоянны. А она была просто глупой девочкой, которая на минуту показалась ему интересной.