Наконец подали завтрак, и разговор сам собой прекратился. Эзра заправил салфетку за ворот. От тарелок с едой поднимался пар, разнося аппетитные запахи, и после короткой молитвы, произнесенной шепотом, приятели приступили к еде.
Едва притронувшись к содержимому тарелки, Эзра перестал есть и бессмысленно ковырял в ней вилкой. Столь необычное поведение старого адвоката заставило Флетчера оторваться от поджаренного хлебца с крыжовенным джемом.
— Что с Вами, Бриггс? — спросил Флетчер. — Вы нездоровы? Скажите, чем я могу Вам помочь?
— Боюсь, что ничем, — ответил Эзра, почти не разжимая губ.
— Так это что-то серьезное?
— О, нет лейтенант, — сказал Эзра, бросая со звоном свою вилку на тарелку, — я здоров. Это личное дело. Вы позволите мне говорить откровенно?
— Конечно, сударь.
На лице Флетчера отразилось внимание и беспокойство.
Бриггс наклонился вперед, нервно снял очки, машинально протер стекла краем скатерти и снова водрузил их на нос.
— Лейтенант Айронс, — торжественно произнес адвокат, — я сделал предложение одной знакомой даме.
— Это замечательно! — воскликнул Флетчер.
— Не совсем так, — покачал головой Эзра.
— Неужели она отказала Вам?
— Нет, нет, — ответил Бриггс с жаром и обернулся по сторонам.
Он с беспокойством заметил, что мужчина за соседним столиком с большим интересом прислушивается к их беседе. Эзра понизил голос и продолжал.
— Она не отказала мне. Хотя, должен Вам признаться, первое ее побуждение было именно таким. Она попросила меня подождать, чтобы дать ей время все хорошенько обдумать.
— В этом нет ничего необычного. Женщины часто так поступают, — заметил Флетчер.
— Я думаю, Вы правы, лейтенант, — ответил Эзра, — и я тоже уверен, что дама в конце концов ответит согласием.
— Так, значит, Вы передумали, сударь? Флетчер не мог понять причины беспокойства своего собеседника. Он поднес чашку с кофе к губам и внимательно посмотрел на Бриггса.
Последнее предположение Флетчера встретило у адвоката энергичный отпор.
— Нет, конечно, нет, лейтенант, — ответил он.
— Называйте меня просто Флетчер.
— Хорошо, Флетчер. Меня огорчает то, что согласие может быть вызвано дурными обстоятельствами.
— Вы хотите сказать, что Ваша избранница готова стать Вашей женой из корыстных побуждений?
Айронс живо представил себе почтенную седую даму со следами былой красоты на лице. Когда-то она была достаточно состоятельна, но теперь дела ее расстроились, а для выплаты долгов требовалась серьезная поддержка.
— Я боюсь, что Вы меня не правильно поняли, Айронс. Прошу Вас, не надо делать никаких предположений. Я сделал предложение весьма достойной женщине, которую знаю уже многие годы.
Слушая Эзру, лейтенант осторожно массировал под столом ноющее колено. Нечаянно он взглянул в окно и замер в радостном изумлении. Флетчер увидел миссис Эшли.
— Я бы не хотел обременять Вас своими заботами, Флетчер, — закончил Эзра.
— Мне это совсем не в тягость, — сказал Флетчер, продолжая пристально глядеть на Веру.
Он не ожидал встретить ее снова и с трудом удержался от того, чтобы не броситься ей навстречу. Флетчер понимал, что сейчас это было бы безумием. Приходилось довольствоваться тем, что он мог любоваться ее золотыми волосами, оживленным лицом и стройной фигуркой.
Обернувшись, Бриггс проследил за взглядом лейтенанта и узнал миссис Эшли. Тяжело вздохнув, Эзра спросил:
— Кого это Вы там увидели, лейтенант?
— Это миссис Эшли, — ответил Флетчер в некотором смущении.
— И Вы знакомы с ней, сударь? — продолжал расспросы Эзра после некоторого молчания.
— Совсем немного. Вчера мне посчастливилось поговорить с ней.
Эзра молчал. Того, что он узнал, было достаточно, чтобы сердце начало неприятно покалывать. Больше он ничего не хотел слышать. Не удержавшись, Эзра оглянулся еще раз. Теперь Вера разговаривала с одним из парней, работавших на конюшне. Бриггс узнал его. Это был Джимми Уаттс, младший брат Элизабет.
Адвокат потер пальцами вспотевший лоб и неохотно вернулся к прерванному разговору.
— Вам известно, молодой человек, что миссис Эшли — вдова?
— Да, мне говорили. Ужасное несчастье — так рано овдоветь. Скажите, муж был намного ее старше?
— Напротив, Уильям был очень молод. Ему исполнилось 22 года, когда они поженились, и 28, когда он умер. Он заразился дизентерией, когда был в Вест-Индии. Уильям часто путешествовал, по делам своей, как бы это сказать, по делам своей службы, — со вздохом продолжил Бриггс, подыскав наконец подходящее определение для занятий Эшли, которые сам он совсем не одобрял. — Уильям умер на корабле, в пути, и его похоронили в море. Бедная женщина не хотела поверить в его смерть и долго не могла с ней смириться, — закончил Эзра свое печальное повествование.
— Это трагическая история, сударь, — произнес Айронс, задумчиво.
Он по-прежнему не мог оторвать взгляда от миссис Эшли, стоявшей на улице, в нескольких шагах от окна. Лейтенант не стал продолжать расспросы, которые могли бы быть расценены просто как назойливое любопытство.