Далее сидела чета Джиллианов. Мистер Джиллиан за время получасового знакомства уже успел зарекомендовать себя человеком плохого воспитания, самоуверенным и упрямым. Его супругу, пухленькую Эдит Джиллиан, можно было бы уже при жизни причислить к лику святых, если представить, какое терпение ей необходимо, чтобы выносить жуткий характер мужа.
И наконец, у камина, в своем любимом кресле, сидел Эзра и пытался поддерживать общую беседу. Флетчер обратил внимание на нервозность и плохо скрытое беспокойство адвоката. Он решил, что причина кроется в сватовстве Бриггса, которое пока не пришло к благополучному завершению.
Сегодня вечером Эзра ничего не сказал лейтенанту об этом несомненно важном для него деле, а Флетчер избегал вопросов, решив, что адвокат уже сожалеет о своей чрезмерной откровенности.
Та, кого Флетчер ждал со все возрастающим нетерпением, еще не пришла. Он мог думать о ней бесконечно, ясно представляя себе ее пламенеющие волосы, зеленые глаза, напоминающие жаркое лето, нежные губы. Ее прямолинейность не пугала молодого человека. Он был готов простить ей ре-обдуманную резкость.
У Флетчера не было большого опыта в отношениях с женщинами, но он очень хорошо представлял себе, какими качествами должна обладать та, которая покорит его сердце. И все они, казалось, соединились в Вере Эшли. «В этом я похож на отца», — подумал Айронс.
Джонотан Уинфилд Айронс, отец Флетчера, женился против воли родителей на красавице-шотландке, у которой не было никакого приданого, До свадьбы они были знакомы всего три недели и один день. Конечно, отец в то время был намного моложе тридцатидвухлетнего Флетчера, и раньше Айронс считал, что только в юности возможны такие пылкие чувства. Теперь, пожалуй, он изменил свое мнение.
В молодости у него тоже был роман, но отношение Айронса к девушке было вызвано скорее желанием его родителей соединить молодых, а не его собственными чувствами. С тех пор прошло уже девять лет, до отказа наполненных военной службой, которая не оставляла много времени для развлечений, и Флетчер постепенно забыл свою первую избранницу, с которой едва успел познакомиться.
Увлекшись своими мыслями, Флетчер едва не пропустил долгожданного момента. Раздался стук в дверь, и Эзра с нетерпением бросился открывать. Холодный воздух, ворвавшийся в комнату, задул свечи на камине и заставил веселее заплясать огонь в масляной лампе под потолком. Раздались голоса миссис Харт и миссис Эшли.
Услышав мягкую и деликатную речь Веры, лейтенант пришел в такое сильное волнение, какое не посещало его даже в минуты тяжелых военных испытаний.
— Вера! — радостно воскликнул Бриггс.
— Вера, милая, — повторил Флетчер чуть слышно.
Эзра под руку ввел Веру в комнату и помог ей снять плащ. В своем зеленом шелковом платье молодая женщина была настолько привлекательна, что у Флетчера перехватило дыхание.
Вера извинилась за опоздание, и Эзра начал знакомить ее с гостями. С Джиллианами она уже была знакома, а явное восхищение, высказанное Джонсоном, оставила без внимания. Ее взгляд с того самого момента, как она вошла в комнату, был прикован к лейтенанту Айронсу.
— Эзра, — произнесла она срывающимся голосом, — что это? Британский офицер в Вашем доме? Я не могу этого понять! Я никак не ожидала…
Услышав возмущение миссис Эшли, Айронс догадался, что она видела не его, Флетчера Айронса, а только его мундир. Ненавистный мундир британского завоевателя. И пока Эзра пытался воззвать к разуму молодой женщины, Флетчер вышел из полумрака с тем, чтобы Вера смогла увидеть его лицо.
— Но, дорогая, — бормотал Эзра, — это мой друг и мой гость. И потом, вы, кажется, уже встречались, Вера…
— Миссис Эшли, я лейтенант Айронс. Вера повернулась к Флетчеру и внимательно посмотрела на него, нахмурив брови. Глаза ее сердито вспыхнули, а щеки запылали. Но затем выражение лица стало холодным и безразличным.
— Лейтенант Айронс, — обратилась она к Флетчеру, делая ударение на его звании, — почему же Вы не удосужились сообщить мне о том, что вы офицер? Вы даже не упомянули о своей причастности к британской армии. Я считала Вас английским купцом.
— В самом деле? Но я ни слова не сказал об этом, а вы не задавали вопросов.
Флетчер нахмурился и, оглянувшись на хозяина дома, заметил, что тот наблюдает за их перепалкой в большом смущении.
— Я не могла задать Вам этого вопроса, — продолжала Вера уже немного мягче, — Вы слишком быстро выскочили из экипажа.
Флетчер улыбнулся. С этим он не мог спорить.
— Мне кажется, я должен был уйти немедленно после того, как…
— Лейтенант, прошу Вас больше не обсуждать подробностей нашей встречи. Это совершенно лишнее. Вы гость Эзры, следовательно, я должна быть вежлива с Вами, если и Вы последуете моему примеру.
В этот патетический момент Флетчер не смог удержаться от смеха: он увидел, как Джонсон осторожно крадется в их сторону, надеясь услышать хотя бы что-то из их тихой перепалки.