– Ну, что скажешь, Нина, готова подёргать судьбу за подол? Узнаем, у кого он длинен, а у кого короток. Фортуна – капризная дамочка. - Я нерешительно посмотрела на тётушку, она мне кивнула в знак одобрения.
– А что мне предстоит делать? - спросила я, всё ещё не представляя, чего добивается от меня новая знакомая.
– Ничего особенного.
– Попробовать можно.
– Терпение, - сказала провидица.
Я обратила внимание: её лицо стало собранным и сосредоточенным. Взгляд ушёл в пол. Она настраивалась.
Тишину нарушил изменившийся голос Виргинии:
– Кто меня слышит в раю, откликнитесь, придите на помощь. Силы добра, силы света, силы, несущие мир, покой, гармонию душе и истину во мраке, отзовитесь. – На противоположной стене появилось светлое, в форме эллипса пятно, оно разрослось в облако, затем мы увидели силуэт. Когда мутная пелена спала, очертания прояснились, обрели облик моей бабушки.
– Ой, это же… – я не успела договорить, меня опередили.
– Гляди, Нина, узнаёшь?
Я кивнула.
– Её лицо становится чётче, явственнее, а вот и она сама движется к нам, – подсказывала провидица.
Я вся сжалась от страха, сидела, как заворожённая.
– Прасковья Никитична, простите, что побеспокоила, - обратилась Виргиния к бабушке.
– Ничего, милая, видать, без меня не обойтись. Как здесь много света!
– Это луна в окно заглянула, приветствует вас. Внученька, Нина, хочет правду узнать. Расскажите ей, что приключилось в ту ночь, когда бандиты ворвались к вам. Может, что и посоветуете.
– Ох, страшная та ночь была, лучше не вспоминать. Ни сном, ни духом не ведали, что ожидает нас.
– Не подскажете, что хотели бандиты, или это воры нагрянули?
Задумалась бабушка.
– Нет, не воры, не воры. Мы предлагали им всё, только бы ушли. Не соглашались. Заладили в один голос – им много заплатили, чтобы пришли по наши души и стёрли с лица земли. Видели бы вы наших слуг, переполошились, в страхе бросились врассыпную, кто куда. Мы с мужем поинтересовались у бандитов, какова причина? В чём мы провинились перед ними? Ответили: «Наказание за то, что дочь ваша отказала поклоннику, который хотел на ней жениться. Сестра претендента наслала на гордячку заклятье, а вас приказала убить на месте и закопать рядом с домом – стереть с лица земли». Вот таков приговор был.
– На помощь позвать не могли?
– Нет, милая. Они нас загнали в погреб – в тот отсек, откуда нет выхода. Тем временем вырыли в нашем саду ямы, там и закопали.
– Живыми?!
– Так и есть, милая, живыми. У нас гостили родственники из Приволжья, и их зарыли. Садовник от шума продрал глаза, увидел, как бандиты зарывали людей, спрятался в подпол. - Бабушка тяжело вздохнула. – Страх застилает глаза, что можно требовать от чужого человека? Он спасался как мог. Садовник – не друг и не брат, а работник.
– Бесчеловечно, - вымолвила провидица. Хуже зверей.
– Так и есть. Зря они с нами так поступили, платить придётся, и не только им – детям и внукам.
– Вы верно сказали. Да разве ж убийцы об этом помышляют?
– Трусливый народ. На преступление идут смело, а за себя волнуются.
– Что верно – то верно.
– Ох, устала. Тяжко мне у вас. - Бабушка Прасковья не договорила, тем же облаком накрыло её. В нём и растворилась. Вокруг всё загудело, зашумело, засвистело. В окно ворвался порывистый ветер, подхватил облако и унёс. Долго ещё в комнате стоял гул и запах сырости. Я собралась в комочек, оторопь и душевная боль овладели моим сознанием, навязчивый вопрос колом вбили в голову: «Почему судьба так жестоко обошлась с моими близкими?»
Стенка, на которой мы увидели очертания бабушки, продолжала вибрировать и после её исчезновения. В комнате стоял затхлый воздух.
– Давайте выйдем отсюда. Тяжело дышать, – попросила я Виргинию.
– Пойдём, милая.
Вдруг в темноту ворвался голос бабушки, и её отражение замаячило на стене, колеблясь:
– Внученька, перстень, что был на отце твоём – заколдованный. Кому был подарен, того оберегал, кем украден – тот от перстня и падёт. Андрея Гавриловича отец предупреждал: «Сынок, что бы ни случилось, перстень с пальца не снимай, не расставайся с ним ни на минуту». Твой отец благословенный в предрассудки не верил и поплатился. В тот день утром из перстня выпал изумруд, Андрею Гавриловичу некогда было ехать к мастеру, торопился на службу, перстень снял и на столе оставил. К вечеру смерть настигла его. А в перстне том порошок заветный. Для отца твоего оберегом служил. А вор… – Прасковья Никитична многозначительно посмотрела на меня. - Придёт его смертный час, узнает, почём фунт лиха. Ты, внученька, постараешься, тебе выпала участь спасти честь семьи. – Я в недоумении застыла, словно оглушённая. Бабушка мне завет свой передала. И как его расшифровать?