— Все рассчитал, зараза!
— Точно. Пока здесь летаем — все путем. Да и своего доверенного человечка рвать Пол вряд ли станет. Вот если на обратном пути этого типа не досчитаемся на борту — считай тревога.
— Пока в Чечне ведутся работы — мы нужны, как только отзовут домой — нужно бдить. На том и порешили.
Через несколько дней вертушку неожиданно сорвали с запланированного маршрута и приказали везти группу строителей в Ачхой-Мартан. К черту на кулички, на другой конец Чечни. Экипаж сначала занервничал, но увидев в подходившей компании доверенного человека Пола, успокоился. Проверили машину. Под видом предполетной подготовки осмотрели повнимательнее возможные места закладки взрывчатки. Ничего не нашли. Успокоились. Взлетели. Маршрут новый, незнакомый, поэтому шли постоянно сверяясь с картой полученной от военных и визуально согласовываясь с местностью.
Неожиданно, держащий с бортом связь диспетчер, передал приказ срочно сесть на полевом военном аэродроме, недалеко от крупного села Урус-Мартана. Отклонение от маршрута оказалось не велико, выбора не имелось, пришлось подчиниться. На летном поле прямо к вертолету подкатила БРДМка, из нее выскочил десантник. Пригибаясь под порывами ветра от винтов, он подбежал к нам и передал срочное сообщение для старшего.
— Что за чертовщина, — возмущался наместник Пола разрывая конверт. — Можно ведь передать по радио, а не гонять вертолет с людьми, отклонять от маршрута. Что за вечное российское разгильдяйство….
Наконец он справился с толстой бумагой и прочитал содержимое. Его лицо на глазах побледнело, руки опустились.
— Мне прийдется срочно ехать в Шали, оттуда в Аргун. Боевики напали на объекты во время работы строителей. Есть жертвы, похищены документы, деньги… Кошмар! Не представляю, что и делать… Вы наверно летите дальше без меня. Когда еще в эту дыру выберемся. Оперативно поработайте и шустро назад. Желательно сегодня же. Вы мне теперь здесь, ой как нужны… Все, бронемашина ждет, надо ехать. Счастливого пути.
Помахал нам рукой, вскочил под броню и БРДМ рванула с места, обдав нас на прощание струей дыма из глушителя.
— Так, — Подвел итог механик, — одно условие налицо, старшой смылся, все остальные на месте.
— Но мы же тщательно все проверили, все возможные места облазили…
— Проверяем еще раз. Охрану — в оцепление. Никого к машине не подпускать. Осматриваем не только на предмет взрывчатки, но и тяги, тросики, торсионы, элементы управления.
— Посмотреть можно. Но утром я все облазил, а после меня к вертушке никто посторонний не подходил. Факт. — Сокрушенно закивал головой бортмех.
— Ничего, лучше перебдеть чем недобдеть. Вперед. — Оборвал я лишние разговоры.
Втроем заново облазили машину. Уж я-то знал этот тип как свои пять пальцев, с Афгана. Да и бортмех был классным спецом. Ничего. Все оказалось в полном порядке. Возможно зря переволновались, перестраховались. Возможно боевики действительно проявили самодеятельность и человеку босса приказали лично уладить возникшие проблемы.
Пассажиры и охрана недоуменно смотрели на упражнения экипажа, не понимая их смысла. Послышались недовольные голоса, мол надо лететь, некогда, когда еще назад возвратимся, и все в таком роде. Ничего подозрительного мы не обнаружили, сняли охрану, задраили дверки и взлетели.
Впопыхах захлопывая дверь механник здорово прибил мне пальцы. Боль пронзила кисть. Я выматерился, с трудом пошевелил распухающими на глазах фалангами. Перелома нет, но ушиб приличный.
— Я поведу машину, — Предложил второй пилот и не дожидаясь приглашения сел на мое место. Возражать бесполезно, бортмех бинтовал пришибленную руку, предварительно обильно залив царапины йодом. Кроме того надо торопиться. Вертолет заложил вираж и лег на курс. До села остовалось каких нибудь пятнадцать — двадцать минут полетного времени когда с земли навстречу машине понеслись трассы крупнокалиберных пуль. Как второй успел среагировать, ума не приложу. Вот уж действительно — профессионал! Нам крупно повезло, что именно он занял пилотское кресло. Это был классный противозенитный маневр. Батарея била в упор, но машина как заговоренная скользила между трассами, кренилась, меняла скорость, курс и высоту полета.