Кавалерия бросилась в бега, их страх ими управлял, они разбежались в разные стороны как букашки, пытаясь спастись. Лесная чаща, что была бы хорошим спасением, отдалилась, будто сменились перед собой две картинки и лес совершенно не желал прятать людей.
У меня же страха не было, я чувствовала себя как никогда защищенной. В руках ощущалась некая власть, что разгоралась внутри и могла потопить под собой целые города. Она не была жестокой или всепоглощающей, скорее спасительной и справедливой. А справедливость не всегда бывает нежной как сливочный крем.
Дракон молнией обрушился вниз. Это падение было настолько быстрым, что сложно было уследить за каждым его движением. Вот крылья плотно прилегают к телу, а у самой земли расправляются, разбрасывая такую волну воздуха, что человеческие тела выбросила в самую чащу.
Кавалерия не была ему интересна, только один человек, что пытался взобраться на лошадь и с каждой неудачной попыткой, бил её плетью.
«-Не стоит так недооценивать Регивальда, - причитала Нэнси, расчесывая мои волосы перед сном, - он по головам пойдет, но своего добьется.
-Так уж и по головам, - мне не верилось, его внешность никак не соответствовала жестокому диктатору.
-Он казнил своего брата, чтобы стать Лордом, - служанка шепнула тихо на ухо, перед этим посмотрев на дверь, - уверена, он и до вас доберется, только бы стать королем. К тому же, у Эдгара, вы единственный ребенок и наследник».
Паника мигом разлилась по телу, заставила меня лучше всмотреться к той картинке, что была перед глазами. Ткань прикрывала его тело, широкая шапка, напоминала собой бублик, и плотно сидела на голове, будто приклеенная. Дорогие кольца и украшения сидели на нем грузом, отчего даже слепой смог бы разглядеть на поле боя настолько пеструю картинку, в виде одного человека.
Дракон схватил его лапами, после чего поднялся в небо. Он не проглотил его плоть, не пытался эту самую плоть разорвать лапами, дракон просто отпустил его. Полет Лорда казалось, длился не больше минуты, пока тело не встретилось с землей.
Была ли его смерть справедливостью? Явно не мне отвечать на этот вопрос.
Стражников чудовище не тронуло, они, и косточки себе не сломали пока убегали. Им мерещилась судьба, что уберегла их под своим крылом. На самом же деле, их жизни были в безопасности ещё до того, как бой начался. Картинка перед глазами обманчива, и вот грозный зверь, что должен безжалостно убивать и есть человеческие тела, в голове, словно взял за правило – никого не убивать, кроме предводителя.
До чего странно наблюдать за тем, как один человечишка пытается подмять под себя мир, а грозное существо обходит каждый кустик, пытаясь, этот самый мир сохранить и возвысить.
Глава 3
Когда мама в детстве читает сказку, ты не задумываешься о том, что у принцесс бывают человеческие проблемы, которое не помогут решить ни гномы, ни драконы, ни даже магия, которая казалось бы, должна сочиться с каждого места.
-Моя любовь, открой мне путь к сердцу твоему, - песня, что доносилась снизу, была до боли в висках раздражающей, а голос имел способность изменяться, для более сложного понимания кто находится внизу, то ли девушка, то ли парень. – Спусти ко мне свои локоны.
Поднялась с кровати, и посмотрела на свои волосы. Боюсь, придется огорчить человека, длину моих волос даже близко нельзя было сравнить с Рапунцель. Да и вряд ли он представляет, что на балкон выползет бледная девушка, с растрепанным и помятым видом. А что было поделать, если в этой обстановке было сложно выглядеть отдохнувшей?
Накинула на плечи легкий халат, так учтиво предоставленный мне драконом. Ящер все же решил не оставлять даму без чистой одежды.
-Госпожа, позволите мне вас спасти? – белый конь стоял на лужайке, и молодой парень быстро с него спрыгнул, поправляя на ходу пышную шапку с пером на самой макушке.
Ночной гость напомнил мне барда, с музыкальным инструментом в руках, пестрой одеждой и улыбкой, до самых ушей. На легкую наживу понадеялся, отчаянный малый, что сказать.
-Если так хотите, я не против.
Мои слова звучали с усмешкой, а голова двигалась как болванчик, пытаясь разглядеть дракона. Ночная темень была его стихией, он не пытался прятаться, однако темнота заботливо прикрывала его собой. Черную чешую было не разглядеть, а огненные глаза видимо были закрыты.