Лицо наливалось румянцем, а кожа таяла под его взглядом. Ящеру было мало воспоминаний, и он добавил в них другое, что совсем не укладывалось в рамки понимания.
Он вернул меня в тот день, только было в нем некая странность. Я стояла перед ним голая, обнимая себя руками. Однако, мне не было страшно. Огонь внутри меня разгорался, наполняя собой каждую клеточку тела, живот приятно потягивало, а огненный глаза вызывали на лице ухмылку. Она возникала сама собой, была порождена не насмешкой, а теплым чувством, стремясь показать себя изнутри.
Ветер замер, и мои руки плавно опускались по телу, лаская сначала грудь, а потом живот. Эти прикосновения были другими, словно эти прикосновения дарил мне он, а не я. Оскалилась, когда чешуйчатая морда облизнулась, и заполнила комнату своим томным горячим дыханием. Пальцы опускались ниже, он следил за ними, как они прошлись от пупка до самого низа, останавливаясь между ног. Прикусила губу, и откинула голову назад.
-Что ты делаешь? – потрясла головой, сбрасывая с себя наваждение.
Это не было похоже на сказку, на невинную сказку, что рассказывают детям. Тут и дракон был озабочен совершенно не золотом.
-Раскрываю твои внутренние желания, - голос его мурлыкал, - теперь тебе от них не убежать.
Какие ещё желания? Это было мерзко, ласкать себя перед драконом, что совершенно не походил на представителя моего вида. Да, благородство его было растоптано тем, что он сейчас мне показал. Это не могли быть мои желания! Откуда было им взяться!
Тело же говорило об обратном. Жар томился внутри, а губы были искусаны до крови. Взгляд плыл, словно я была пьяна, а эти глаза передо мной вызывали совершенно не те эмоции. Они заставляли раскрыться, показать все свои тайны и желания, раскрепоститься.
Отступила на шаг назад. Это было неправильно. Мне не вернуться назад, если дракон будет доводить меня до такой грани. Где это видано, чтобы принцесса таяла перед одним только взглядом желтых глаз.
-Не смей больше так делать! – выставила палец перед собой, собирая мысли воедино.
Дракон ухмыльнулся, мои слова были для него не важны. Он указал своим взглядом на мои ноги, что были сжаты вовсе не от страха, а от желания. После на губы, что замерли в ожидании разомкнутыми.
Большего унижения я не могла испытать. Мои действия противоречили тому, что я говорила. И это было так явно, что стало стыдно. Кровь прилипала к лицу, а пьяные глаза трезвели в то, что сложно было назвать крепким и устремленным взглядом. Они опустились вниз, смиряя собой ноги.
-Тебе нечего стыдиться.
Эти слова были уже произнесены в спину, поскольку поджав хвост, я скрылась в комнате.
Мыслей не осталось, он умело их стер, чтобы не наполняться ими мою голову. Как робот я прошла до кровати, опустилась на мягкий матрац и закрыла глаза. Этот танец рук, ещё долго маячил в моей голове, как грех, что так сладко привлекал собой, манил. Сорвать этот плод искушения было легко, но что-то меня останавливало, вселяло неправильность происходящего.
Все утро я ходила подобно барду из стороны, в сторону решая трудную задачу. На балконе благоухали сорванные цветы, разбросанные по всему полу. Их аромат заполнял легкие, и был настолько сладок, что хотелось зарыться носом в один из таких бутонов.
Железная дверь, что вела к лестнице, была приоткрыта, любопытство скакало внутри как бешеный заяц, то побуждая меня сделать шаг и выглянуть, то отойти на два назад. Замок не сломан, следовательно, её не взламывали, а учтиво открыли ключом.
Это могла быть ловушка. Вот только на что она была направлена? Есть меня, не собирались. От этих мыслей тихонько засмеялась, как обезумевшая. Уж лучше бы он смотрел на меня как на кусок мяса, нежели копался в мыслях, создавая искушенные иллюзии.
-Выходи! – громкий голос донесся до моих ушей.
На голос дракона не похож, твердый и уверенный, без рыков. Да и на барда он не походил. Принц? Нет, как показывает практика, в этот сказочном мире, все идет наперекосяк.
Повиновалась. Железная дверь со скрипом отворилась, выпуская меня на лестницу. Ноги побежали по ступенькам, а сердце колотилось, казалось, оно быстрее меня хотело очутиться на воле. Ещё одна дверь, отворить которую пришлось с усилием и вот уже легкие наполнились свежим воздухом. Тут он был более чистым и освежающим, нежели на высоте башни под пристальным взглядом ящера.