-Нэнси, так он в самом начале…. – начал, было, стражник, что ехал около окна, и не прочь был поддержать кучера.
-Все что у вас перед «но» можно всерьез не воспринимать, - служанка буркнула напоследок и прикрыла окно шторкой, давая понять, что дальнейшей беседы не будет.
-Времена разные, а привычки одни и те же, - произнесла вслух.
Нэнси недовольно скосилась на меня, стирая ладонью пот с лица. Её беспокоило моё состояние, в конце концов, не каждый день по землям проходит молва, о невменяемости королевской дочки.
Штору подбрасывало от воздуха, что становился более прохладным и ледяным. Погода портилась, белые облака наливались тяжестью и синим цветом, превращаясь в грозные тучи. Деревья издавали непонятный всем вой, словно предупреждали или пытались поговорить с первыми встречными за столько лет людьми. Однако чаща, что прослеживалась между их стволами не вызывала доверия к этим местам, одна лишь темень была внутри этого леса.
-Ты видел это! Видел! – Один из стражников повел коня в сторону, его голос раздался эхом, делая обстановку ещё более натянутой, невыносимой.
-Тут что угодно может показаться, - спокойно произнес Прошка.
-Так ведь там глаза были, большие такие…..
-Успокойся ты, - махнул другой, что ехал позади, - уже и лошади волноваться стали от твоих видений.
-Да не видение это, говорю же, нечистое это место. Уже и твари повылазили, не стоит нам тут оставаться, пожалеет король о своем решении, да уже поздно будет.
-Пожалеет не пожалеет, это уже не наше дело, - Прошка сохранял спокойствие, будто знал что от этих мест можно ожидать. – Да границ Эрхейма ещё далеко, а до замка осталось полдня ехать.
Нэнси хотела бы что-то сказать, успокоить, да вот только слов внутри неё не осталось. Эти места высасывали из людей все слова, оставляя внутри лишь одно первобытное чувство – страх.
Замок, в который мы направлялись, должен был стать моей тюрьмой, а, по-видимому, станет ещё и ночным кошмаром. Чем дальше двигалась карета, тем стремительней уходила жара, а её место занимала прохлада. От неё хотелось поежиться, она пронизывала тело насквозь, оставаясь внутри. Стоило раздаться по округе непонятному звуку, как сердце сжималось, а внутренности натягивались как тетива.
-Вот бы найти цветок Семи Лун, - мечтательно пропел Морин, королевский лекарь, что отправился в эту ссылку добровольно, – говорят, его красоту невозможно вообразить, а целебные свойства поражают.
Ага, как же, что только не пробуют люди, а на моём столе оказываются по одной и той же причине. Разница лишь во времени, который каждый из них проживает, и то, как качественно это время было использовано.
-Сказки все это, и только, - сухо вставил свои слова мужчина, что совсем недавно изводил всех своими воплями, про «большие глаза» в чаще леса. – Ты ещё скажи, что в драконов веришь.
Стражники хором засмеялись, потешаясь над глупым лекарем, что все своё свободное время протирал штаны в библиотеке, изучая легенды.
-Отчего же мне в них не верить? – Морин не заметил всеобщего веселья и ударился в рассуждения. – Если их не существует, то почему же мы не нарушаем границу?
-Так ведь там топи одни…
-Кто тебе это сказал? – Лекарь покачал головой, словно услышал неразборчивый детский лепет. – Ой, кажется, кто-то смотрит на нас из чащи!
-Где? Где? – стражники запаниковали, их головы кружились вокруг своей оси, стараясь разглядеть то, что было видно одному лишь Морину.
-Так вон же! – Лекарь показал пальцем в темень, что, в общем-то, не отличалась от других, - А, нет, кажется это просто несуществующий дракон!
Морин улыбнулся, словно только что одержал победу над сотнями воинов, а вот мой смех было сложно удержать за закрытыми губами, и вскоре округу окутал звонкий голос, что поддержал сиплое Прошки: «Молодец, хоть кто-то их заткнуть сумел!».
-Нэнси, давай пройдемся! - мимолетная шутка смогла потушить страх, и развеять его по ветру. Так захотелось почувствовать землю и вдоволь размять ноги. Это мимолетное желание возродилось во мне с новой силой, если бы только можно было взобраться на коня, и проехать оставшийся путь верхом, а не в тесной коробке, что трясется от каждого камня. И пусть я в жизни не ездила верхом, со стороны это казалось плевым делом.