Лорд был хорош собой, вот только мне хотелось видеть перед собой совершенно другой профиль. Пусть горделивый, но довольно чуткий и внимательный к вещам. Пусть молчаливый и говорящий колкие замечания, однако, ставший для меня драгоценным подарком. Да, перед собой я хотела видеть змея искусителя, который плавил мои мысли одним только взглядом. Этот же взгляд был сухим, словно перед ним стояла самая обычная женщина, каких много.
-Моя принцесса, позвольте сопроводить вас на праздник, - он встал на одно колено и вытянул руку, раскрывая ладонь.
-Какой праздник? – Спросила с опаской, вдруг, они решили пустить дракона на шашлык, и устроить хороший пир живота на последок.
-На нашу свадьбу.
Ждать моей руки он не стал, быстро встав на ноги, схватил за ладонь и потащил вниз по лестнице. Мою конечность он сжал так, что я хотела взвыть от боли и поколотить не до победителя.
-Мне нужно подумать…
Солдаты что шли за нами в голос засмеялись, что напомнило мне смех стаи гиен. А Лорд лишь посмотрел на меня через плечо.
-Все условия соблюдены, моя невеста, - мягкий, слишком мягкий голос для человека, что жаждет короны и отправляет свою армию на смерть.
Эта победа была самая лёгкая на его счету, и стало печально от того, что получит он меня совершенно незаслуженно.
Как только мы вышли на белый свет, Агмунд сопроводил меня до кареты, любезно помогая подняться по ступенькам. Может он не такой жестокий, как хочет показаться? В конце концов, дракон сдался, а, следовательно, выбора у меня не оставалось, как пойти под венец.
Мысль о побеге промелькнула в голове, махая рукой на прощание. Ведь об этом не могло идти и речи в месте, которое буквально кишит преданными солдатами и наемниками, что не прочь получить довесок золота за пропавшую невесту.
-Куда мы направляемся? – спросила у кучера, отодвигая синие шторы.
Сопровождающий отряд было спрашивать бесполезно, что о стену биться, они молчали, словно слов и не знали.
-В лагерь моя госпожа, - сиплый голос напомнил мне Прошку, - свадьбу решено сыграть в полевых условиях.
Отодвину шторы шире, чтобы взглянуть на мужчину.
-Прошка? Что ты тут делаешь? – хотелось вылезти к нему и сесть рядом, поднять голову, что была опущена как на заклание.
-Везу свою глупую госпожу в последний раз, - голос его был расстроенным, словно он ждал совершенно другого поворота событий. – Башня должна была быть началом большего, а стала началом конца.
Конца? Глупая? По сути, сказать ему было нечего. Прав он был или нет, но его слова отдались внутри неподвижным камнем, что опускался все ниже от грудины к животу. «Стал началом конца». Почему эти слова так сильно меня задели, словно везут меня не на свадьбу, а на казнь. Может именно этот путь был для меня оковами, а не свободой, о которой твердил Рэм. Ведь кроме как рожать детей и быть послушной женой, от меня больше требовать не будут, собственно, как и дозволять.
Чудовище смогло прелесть в мою голову, оставить там свой след, словно до этого ему было мало. Сомнения терзали мою плоть, и чем ближе приближался час свадьбы, тем явнее по телу пробегал зуд, не давая мне усидеть ни минуты на одном месте.
Прибыли мы в лагерь, когда уже стемнело. Проезжая мимо многочисленных палаток, я слышала, как армия тащится за нами. Звук их доспехов прорезал воздух, делая его скверным, а голову тяжелой.
Как полагается, самая большая палатка, была выделена для меня.
Служанки как птички, кружили вокруг меня, сначала заставив принять ванну, а потом втирая в кожу сладкие масла. Запах этих благовоний был настолько приторным и навязчивым, что желудок мучительно заворчал, а нос был готов завянуть как старый цветок.
-Лорд Агмунд прислал вам подарки – тихо пропела одна из служанок, завязывая шнурки тяжелого белого платья, отчего мои ребра заскрипели как ржавая дверь, а легкие сжались до уровня «кислород нам не нужен».