В своей жизни я хотела видеть мужчину, который в трудные моменты может направить, стать учителем, которого я люблю всем своим существом, и отдаюсь этой любви сполна, не жалея себя. Хочу познавать мир, а потом передать эти драгоценные знания нашим детям, что будут свободными и счастливыми. Ведь их свобода и счастье начинается с родителей.
-НЭНСИ! – оторвалась от груди, приложив все свои усилия.
Служанки оглянулись, пока я наотмашь не махнула им рукой, призывая не обращать на нас внимания. Впрочем, их внимание было приковано к драгоценностям, что были бездушными и дарили сердцу исключительно холод, заполняя их тела мимолетным желанием обладать этой красотой.
-Простите, я бываю такой беспечной, - женщина посмотрела на меня, а потом быстро стерла со своей груди отпечатки красок.
Её глаза светились, она была действительно рада за свою госпожу, будто в этот самый миг, она выдает собственную дочь замуж. Лицо приобрело красный оттенок, тот, что возникает от сильной взволнованности и попытках сохранить право обладания над своими эмоциями. Она хотела было что-то сказать, но её губы остались сомкнутыми, наслаждаясь представшим перед ней великолепием.
-Вы так прекрасны, - вскоре выдохнула служанка, утирая рукой слезинки, грозившееся скатиться по щекам.
-Нэнси, ты хороший человек, - начала, слова давались легко, будто я стою на краю обрыва, готовая вот-вот сигануть в воду без страха и сожаления, - я тебя успела полюбить за две недели пребывания в замке.
Служанка сморщила лицо, словно под нос ей подставили прокисшее молоко. Ей абсолютно не нравились мои рассказы о переселениях души.
-А ты? – мой вопрос возмутил женщину, заставил ещё больше сморщица, будто я спросила что-то за рамки выходящее.
-О чем вы говорите? Меня оскорбляют такие вопросы, - женщина поправила подол моего платья и взглянула в глаза. В них не было ни грамма корысти, поэтому иногда она смотрела на меня глазами ребенка, чистого и невинного.
Отвела руку за спину, и резким движением развязала ленты, что стягивали корсет. Платье радостно распустило шнуровку, даря телу освободительный вздох. Нэнси со скривленным лицом наблюдала, за тем как я стерла с лица краски, а следом с остервенением стягивала с себя белое платье.
-Что вы делаете? – Служанка смотрела на меня как на обезумевшего человека, что с одной стороны, вызывает беспокойства, а с другой, вызывало животное любопытство того, что же будет дальше.
-В общем, я люблю другого, и намерена сбежать. - Как на духу выпалила я, надевая непримечательное нежно-голубое платье.
В этот самый момент я бросилась в воду, именно так можно было описать моё состояние. Мириться со сложившейся ситуацией я больше не могла, и нужно было действовать – решительно и бесповоротно. Как говорится, хочешь хорошо жить – умей вертеться.
-Но как…
-Нэнси пойми, или я повешусь на этой самой фате, - мой палец указал на ткань, что больше напоминала балдахин, - или выберусь отсюда с драконом.
Служанке стало плохо, она покатилась назад, а после упала на подушки, расстилая перед собой ноги. Мои слова ей казались бредом больного человека, ей думалось, что совсем скоро и она тронется умом.
-Посмотри сколько всего нового вокруг, - мои глаза горели тем огнем, что зажегся в груди из искорки, и теперь заполнял собой каждую клеточку тела. Передо мной открывались двери, что до этого были глухо заперты. – Это не моя судьба! Я должна быть не тут…
Как ужаленная, начала поправлять платье. Да, наверное, я действительно обезумела. Но когда перед глазами открываются вещи, что до этого были непонятны, все становится на свои места. Вернее сказать, все переворачивается, становится твоим хаосом. А в переполохе нет своего места, ты сам его выбираешь для себя.
-Только представь, сколько всего можно сделать и увидеть, - внутри меня словно взорвалась бомба, она заставляла тело дрожать в предвкушении.
-Но госпожа, - Нэнси мотала головой, ей не хотелось меня слушать.
Сама того не понимая взобралась на женщину, усаживаясь на неё сверху. Мои руки схватили её за плечи, тормоша, как пыльный ковер.
-Я люблю дракона, - Нэнси закашляла, её глаза покраснели, а лицо стало серым как пасмурное небо. – Я действительно дура, что не поняла этого раньше.