— Ну так как? Поговорить мне с директрисой? Я пообещаю, что ты будешь выполнять всю техническую работу, нам как раз нужна уборщица. А тебе нужны деньги, как я понимаю.
— Да, нужны.
Она опять опустила глаза. Смотрела на наши руки. Как я поглаживаю нежную ладонь. Женя улыбалась. Осторожно, неуверенно, но ей это нравилось. Она мне доверяла, а это главное. Дело в шляпе. Черед за мелкими деталями.
И тут вдруг хлопнула дверь. В квартиру метеором залетела младшая сестра.
— Привет, я Карина!
Ее щеки горели после улицы. Без шапки, волосы распущены, вьются. Шарфик наспех обмотался вокруг шеи. Это еще кто такая?
— Моя младшая сестра, — сказала Женя, качая головой. — И где тебя носило? Не было дома трое суток!
— Не трое, а двое, — ответила Карина, не сводя с меня глаз. — А это что за симпатичный парень?
— У тебя экзамен был вчера, между прочим! — ругала ее старшая сестра. — Чем ты занималась вообще?!
— Ну вот этим я и занималась. Решала вопрос с экзаменом... Решила.
Она смотрела на нас двоих, на наши руки. И я машинально убрал свою ладонь с ладошки Жени. Стало как-то неловко на виду у Карины. Мы с ней даже не знакомы.
— Боже, Женька, — была удивлена сестра, — неужели это свершилось — у тебя есть парень? Да еще и такой красивый...
— А... — была озадачена Женя. — Вообще-то мы не... Мы не пара. Это Паша — мой друг с работы.
— Ты устроилась на работу? Неужто деньги будешь в семью приносить?
— Да, буду.
— И много уже заработала? — издевалась Карина. — На айфончик хватит? Вот у меня он есть — и самый новый. Розовое золото. Гляди, какой понтовый.
Она достала из клатча телефон, повертела перед носом у сестры. Просто хотела ее позлить, вызвать приступ зависти. И на щеках у Жени проступала злость, они краснели, наливались жаром. Так и глядишь — встанет и вышвырнет айфон в окно.
Но Женя терпелива. Мне это нравится.
— Я рада, что ты можешь заработать на жизнь, Карина. Я пока не научилась заставлять мужчин платить мне за любовь.
— А ты не будь бревном — и все придет само собой. — Наградив сестру ухмылкой, Карина села за стол и стала пялиться в меня. — Какой красавчик твой парень... И давно вы встречаетесь?
— Мы не встречаемся, — вторила Женя. — Мы просто работаем, мы с Пашей коллеги. А тебе какое дело?
— Хм... Да никакого. Просто думала, это твой новый краш.
— Что значит "новый"? Будто у меня их море было.
— Так краш или не краш? — смотрели на меня эти хитрые лисьи глазки. Буквально ели меня по кусочку. Некуда деваться просто.
— Не краш, — сказала Женя, поднимаясь со стула. — Паша здесь лишь потому, что он снимает мою комнату. Вот и все. Мне пора вести Филиппа в садик. Было приятно поболтать, сестра. Являйся почаще.
А Карина сидела и не сводила с меня взгляда:
— Выходит, я твоя соседка. Живу через стену. Хочешь, проведу экскурсию по квартире?
4
Женя
Я чувствовала притяжение к Паше.
Он мне нравился, даже слишком. Такого со мной обычно не бывает. Добрый, порядочный, практичный. Он договорился с директрисой ресторана о моем возвращении. Не знаю, как ему это удалось сделать, но меня вернули. Взяли на работу уборщицей, а на время отсутствия постоянной посудомойки — еще и посуду мыть.
С одной стороны, это было унизительно, ведь я молода и полна энергии, могла бы заниматься чем-то толковым, важным. Но с другой — здесь меня никто не трогал. Паша был прав, это безопасно. Никому нет дела до девчонки в грязном переднике. Никто не видит, как я мою посуду. Как я драю полы в банкетном зале поздней ночью, когда гости разъезжаются по домам на такси.
Я уходила с работы так поздно, что никого уже не было. Но зато меня провожал Паша, мы с ним мило болтали. Между нами назревали чувства, мы становились ближе. Это не были еще свидания, но мне казалось, что однажды между нами может случиться нечто. Что-то такое, что заставит меня взглянуть на свою жизнь иначе.
Порой, засыпая в глубоком кресле возле Фили, я думала, как он там лежит в кровати. О чем думает. Чего бы желал прямо сейчас, в этот момент. Думала, каков на вкус его поцелуй. Я еще никого не целовала в своей жизни. И никого не подпускала к собственным губам — никого и ни разу.
Не могла подпустить и его. Хотя очень этого хотела. Не могла об этом не думать.
Да, Паша не богат. Да, он ездит даже не на "девятке", а на метро, как и я. Но зато он терпит мою кошку, покупает ей корм и впускает к себе в комнату, если та скребется к нему. С тех пор, как я стала уборщицей и была вынуждена много часов проводить на работе, Паша начал забирать Филиппа из детсада. Мне хотелось, чтобы они подружились, стали друзьями. У брата никогда не было нормального образца мужчины перед глазами.