ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ.
НЕЧЕГО ТЕРЯТЬ.
-Девушка, с вами можно познакомиться? Ну, милая, не отказывай.
Анжелика резко подняла голову с колен, оценив ситуацию: она сидит в кожаном кресле в холле отеля, а два худощавых блондина с пожелтевшими зубами пристально разглядывали ее, как диковинную вещь. Проследив за похотливым взглядом одного, Анжелика осознала, что рубашка Жиральда едва прикрывала ее обнаженные бедра, а несколько расстегнутых пуговиц открывали вид на ее грудь.
После того, как Жиральд заперся в ванной комнате, атмосфера в номере пропиталась непониманием и горечью, и Анжелика, не в силах вынести этого, спустилась вниз, даже не потрудившись переодеться, погруженная в свои тягостные размышления о том, что их отношения на волоске от погибели. Нет, он не может так жестоко поступить с ней, безжалостно бросив, ведь она не переживет….Ее уже не волновало, как в первые минуты, кто поведал Жиральду о том, что она все знает. Теперь только одно пульсировало в ее голове: они не должны расстаться.
Анжелика огляделась вокруг: куда подевались администраторы и другие служащие отеля? Тишина и пустота в вестибюле добавили неприятных ощущений. Анжелика неловко встала, отступив на несколько шагов назад, приготавливаясь к побегу, пробормотала:
-Мне пора.
Она не успела вскрикнуть, как мужские пальцы грубо сжали ее запястье, и противное дыханье обожгло девушке шею. От него воняло перегаром и алкоголем, поэтому она сразу же отвернулась, зажмурившись. Её мозг лихорадочно соображал, пока тело оказалось прижато к парню.
-Отпустите меня! -прошипела Анжелика -Я буду звать на помощь и…
Мозолистая ладонь закрыла ей рот, от чего Анжелика вытаращила глаза от испуга, предчувствуя надвигающуюся беду. Низкий и прокуренный голос зловеще прохрипел:
-Малышка, поэтому мы отправимся туда, где только я, ты и...мой друг.
Несмотря на брыкания, попытки расцарапать наглецу лицо, его напарник схватил ее за другую руку, и оба потащили сопротивляющуюся девушку к лифту. Каждая клеточка дрожащего тела Анжелики кричала и звала на помощь, но с губ вырывались мычания.
Когда двери лифта распахнулись, Анжелика отчаянно извивалась, чем вызвала омерзительный смех у парней, как вдруг один из них замолчал, а через секунду -лежал на полу, оглушенный одним, но мощным ударом в голову.
-Отпусти ее, пока еще дышишь! -прорычал Жиральд и не дожидаясь выполнения своего приказа, вырвал напуганную девушку из «объятий» ошарашенного парня, уставившегося на друга, которого умело вырубили. Повторить его малоприятную участь никому бы не захотелось, тем более ради развлечения на одну ночь, поэтому блондин быстро ретировался, не забыв поволочь за собой напарника.
-Ты с ума сошла? -обратился к ней Жиральд, и она впервые видела, как голубые глаза налились кровью, оповещая о том, что их владелец полностью вышел из себя -В каком виде ты спустилась сюда? Ты вообще понимаешь, что могло бы быть, если я не бросился искать тебя? Ночью разгуливать по отелю почти голой -абсурд! Иногда ты вытворяешь вещи, присущие маленьким детям! Непростительная беспечность!
-А что мне оставалось делать? -от пережитого шока Анжелику трясло, а он вместо того, чтобы успокоить, стоит и отчитывает ее -Ты сам сказал, чтобы я оставила тебя, забыл? Если тебе неприятно мое присутствие, зачем мне находиться с тобой в одной комнате? Я признаю, что виновата, потому что забыла переодеться, но по той причине, что ты прогнал меня!
-Что за нонсенс? -вскипел Жиральд -Я не выгонял тебя! Я и предположить не мог, что ты уйдешь из номера. Я имел в виду, чтобы ты не шла за мной в ванную, а ты в одной рубашке , демонстрирующей твои достоинства, и тапочках, убежала! Знаешь, что случилось, если бы я не нашел тебя или опоздал? Ты….Продолжим в номере. Пойдем!
Появившиеся неизвестно откуда две симпатичные высокие брюнетки -администраторши с интересом разглядывали разыгравшийся спектакль, и Анжелика, вспыхнув от стыда, быстро зашла в лифт вслед за Жиральдом, продолжая сохранять между ними дистанцию. Обида сковала ее изнутри, ведь он обрушил на нее лавину гнева, хотя должен был приласкать ее, дабы она забыла пережитый ужас в его теплых объятиях.
-О чем ты думала, Анжелика? -снова принялся допрашивать ее Жиральд, когда девушка, сев на кровать и поджав под себя ноги, опустила голову, беззвучно плача из -за возникшей в их отношениях трещины и перенесенного страха -Ты думала обо мне? Что мне пришлось испытать, когда я увидел тебя в руках тех двух подонков? Ты не осмыслила значения моих слов! Как всегда поторопилась, и вот к чему твоя спешка могла привести сегодня!
-К чему все это, если тебе не нужна моя любовь, Жиральд? -не выдержала и подняла на него заплаканные глаза она, и мужчина, собравшийся ее перебить, замер. Прозрачная пелена слез, которую не мог не заметить Жиральд. Если девушки боль причиняли его слова, то ему её слёзы. Он понимал, что плачет она из-за него.
-Что за любовь без доверия? -продолжала Анжелика -Ты сам говорил, что я должна верить тебе! Я доверилась тебе полностью, а ты? Насколько ты веришь мне, Жиральд? Почему не позволяешь помочь тебе избавиться от призраков прошлых?
-Прости, -глухо ответил Жиральд, присев с ней рядом. С взъерошенными волосами, без пиджака и наполовину расстегнутой рубашки, с прикрытыми глазами и поджатыми губами, Жиральд выглядел таким опустошенным, что у нее защемило сердце. Может, ей, правда, не стоит давить на него? Ему тяжело справляться с повисшим грузом вины, а тут еще ее глупые выходки, прибавляющие ему неприятностей. Он переволновался за нее, не сумев проконтролировать вспышку эмоций, а она не только не поблагодарила его, но и решила не вовремя показать характер. От последней мысли Анжелика незаметно вздрогнула и прошептала:
-Ты меня прости! Впредь я буду осмотрительней и внимательней, Жиральд.
-Мой ангел, тебе не надо извиняться передо мной, потому что грешник среди нас только я,-грустно проговорил Жиральд, а взгляд затуманился от боли. До Анжелике дошло, что она разбередила его раны, заставляя обнажить перед ней душу, тем не менее обратного выхода нет. Она, следя за тем, как гримаса мучений исказило любимое лицо, вмиг пожалела, что узнала о его секрете, тем самым доставив ему страдания.
Она лишь чувствовала его боль и желала, чтобы этой боли не было. И все. Неужели ее любовь слаба и не способна излечить его?
-Мне было шесть лет, когда вернувшись от бабушки, я застал возле нашего дома полицию, скорую помощь, которая увозила труп моей матери. Отец сказал, что, вероятно, она упала с лестницы и сломала себе шею, поскользнувшись, но однажды, подслушав разговор отца и Филиппа, мне стало известно, что мою маму, уже мертвую из-за ножевых ранений, выбросили с лестницы, после этого я поклялся, что найду убийцу. Я учился в Мельбурне на торакального хирурга, осуществляя свою мечту. Желание спасать людям жизнь придавало мне силы. После обучения в Австралии я проходил курсы в Италии, Америке, прежде чем работать с отцом. Годы не остудили мой пыл найти убийцу:я перебирал многие факты, ломал голову над тем, кто друг, кто недруг в нашей семье, однако все было тщетно до одного дня.
Жиральд сделал паузу, напряженно уставившись в одну точку, словно мысленно возвращался в прошлое. Анжелика подсела к нему так близко, что их бедра соприкасались.
-Меня пригласили провести ряд операций в Лондоне, но вместо положенных пяти дней я управился за три дня, вернулся домой, где меня никто не ждал, -горько усмехнулся Жиральд -Отец сидел в спальне матери, куда раньше не заходил даже я. Он держал в руках ее потрет и смеялся...Боже, я до сих пор помню его презрительный смех! Рассказывая о том, что приревновав ее к Филиппу, он нанес ей три удара в сердце, чтобы никто больше не любовался ее красотой, отец меня не замечал. А у меня было ощущение, что я в другом мире, что это кошмар, плод моей больной фантазии, однако нельзя отрицать очевидное: убийца мамы, которого я желал найти, оказался единственный оставшийся родной человек у меня. Если бы он не был моим отцом, Анжелика, я поступил с ним также безжалостно, как он с моей матерью, но я не смог. Я не кричал, не скандалил, как поступили бы на моем месте другие, я просто сказал ему, что отныне его сын умер для него. У меня больше не было отца, а убийце не место на свободе, поэтому я действительно собирался сдать его в полицию...Только вот он предпринял другой шаг и застрелился. В тот момент я не чувствовал ни жалости, ни скорби, может быть, даже удовлетворение от того, что преступник наказан. Жестоко?