— Это будут уже мои проблемы, маленькая лисичка.
Я молчала, обдумывая выдвинутое условие.
— Жду тебя за столиком Эвелин, малышка Кейтлин или… мне теперь тебя называть распутница Кейтлин? — он вышел и оставил меня наедине со своими бесами в голове.
Смыв всю косметику с лица и расчесав длинные непослушные волосы, я отрешенно наблюдала за своим потрепанным видом в зеркале.
Вот ты и попалась в ловушку, Кейтлин. Станцевать для него? Да кем он себя возомнил! Я раздраженно бросила расческу на столик, что та приземлилась, на пластиковую поверхность, с громким стуком.
Шестеренки крутились в моей голове, пока я вынашивала план, чтобы обхитрить парня в его же игре.
«Какой мотив этого парня? Что за выступление он здесь устроил?» — эти вопросы, на которые не снизошли до ответа, не давали мне покоя.
Я встала со стула, чтобы сбросить свой костюм для танцев. Кинув на него взор, вспомнились слова Логана о том, что в нем я выглядела, как девушка лёгкого поведения. Его жестокое сравнение ударило меня под дых. Не сказать, что мне нравилось выступать в таких откровенных нарядах, но за такую одежду чаевых оставляли гораздо больше, чем я могла себе представить. Однако, не деньги являлись главной ценностью для меня, а сама мысль о танцах, которая развеивала грусть и помогала найти путь к истине. Танец — это олицетворение моей души, то, что я хотела показать миру.
Я в последний раз провела пальцами по золотистым пайеткам шорт и закрыла дверцу шкафа.
Эвелин сидела за столиком и спокойно попивала алкогольный коктейль из трубочки, внимательно слушая исполнение музыкальной группы. Несмотря на то, что взгляд девушки был устремлён на сцену, складывалось впечатление, будто она размышляла о своих проблемах.
— Где Джонсон? — я подсела к ней и сжала ее ледяную ладонь.
Одна из особенностей Эвелин в независимости от погоды и времени года — холодные руки.
— У него появились неотложные дела, — унылая Эвелин размазала трубочкой голубую жидкость по стенкам стекла.
— С кем он пришёл?
— С Оливером. Тем не менее, до начала твоего представления Оли отлучился с привлекательной девушкой. Больше я его не видела.
— Если ты видела их, то почему не проинформировала меня? Могла написать хотя бы сообщение. Тогда я бы отказалась выходить сегодня на сцену.
— Пожалуйста, прекрати винить всех подряд за свои допущенные ошибки, — Эв громко поставила стакан на стол.
Я прекрасно понимала, что словами ранила не хуже кинжала. Это моя отрицательная черта — перекладывать вину на других. Не успевала опомниться, как из моих уст уже летели обвинения в адрес людей. Позже, проанализировав свои действия, я сожалела о сказанном, сгорая со стыда.
Уткнувшись в столешницу лицом, накрыла голову руками.
— Прости. Я в замешательстве. Логан заметил меня и начал шантажировать тем, что расскажет Леону. Зная характер брата, можно было смело предположить, что это ничем хорошим не закончилось бы.
— Шантажировал? — голос Эвелин дрогнул. — Что же он попросил взамен на сохранение тайны?
— Танец.
— Танец? И что же в этом такого? Он не уточнил какой танец. Логан допустил оплошность.
Конечно! Об этом я совершенно не подумала. Вот оно решение одной из моих проблем.
Резко поднявшись с мягкой обивки сидения, я стиснула подругу в крепких объятиях и почувствовала приятный сладкий аромат парфюма, исходящей от девушки. Я все еще удивлялась, почему у такой популярной чирлидерши не было парня. Красотка, с прекрасной фигурой и обаятельным характером. Мечта любого парня.
— Эв. Это гениально!
— Да, а говорят алкоголь действует деструктивно на клетки головного мозга.
— Ты какая-то хмурая. Что-то произошло? — ее угрюмый вид вызывал беспокойство.
Возможно, в этом и заключался ответ на вопрос «Почему она сидела такой озабоченной?».
Улыбнувшись, она обвела пальцем по ободку стакана и ответила:
— Нет. Все отлично.
— Ты можешь доверять мне, Эвелин. Я внимательно слушаю. Выкладывай, — моя рука легла на внешнюю часть ладони собеседницы.
Натянутая улыбка спала с ее лица, а на глазах появились непролитые слёзы.
— Я снова поругалась с отцом из-за помолвки. Я никогда не выйду замуж по договорному браку, но отец и слушать меня не желает.
— Моя дорогая, — я села к ней ближе и притянула к себе в крепкие объятия, успокаивающе проводя по ее макушке ладонью. В этот жест я вложила всю поддержку, которую пыталась до нее донести, — знаешь, ты всегда можешь переехать к нам. Моя мама с радостью примет тебя в нашу семью, как родную дочь. Она обожает тебя.