Отхожу назад, замечаю в стороне туфли, сапоги, кроссовки.
Черт возьми, это все принадлежит мне. Ну принадлежало до конфискации имущества. Господи, он реально больной на голову, раз притащил целый гардероб сюда.
— Что это за игра?
Не помню, как иду по бесконечному коридору, не помню, как и где нахожу Леднова, просто смотрю в его безразличные глаза и задаю самый волнующий вопрос.
— Отвечай, — требую.
Он располагается на диване и забрасывает ноги на стол, откидывается назад, изучая меня снизу вверх, чуть прищурившись.
— Ты же хочешь закончить пятый курс, — произносит ровно.
— Хочу, — отрицать глупо.
Мне нужна эта чертова учеба. Нужен дурацкий диплом. Работа. Деньги на адвокатов. Мне нужно подавать апелляции, пытаться вызволить отца.
Но какая у этого цена?
— А чего хочешь ты? — спрашиваю прямо. — Твоя папа о твоих планах в курсе? Одобряет преследование?
— Я просто помогаю тебе, — заявляет небрежно. — Ты не привыкла к доброте?
Рассмеяться бы ему в лицо, но смешок забивается в горле.
Леднов, ты серьезно? Да ты какой угодно, только не добрый.
— Прими душ, полежи в ванной, — продолжает он. — Расслабься. Ты же не думаешь, что мне трудно найти девчонку и я буду подглядывать за тобой в замочную скважину? Короче, ты отдохни, потом будет время подумать.
— Над чем?
— Когда ты готова приехать в «Клетку».
— А меня уже приняли?
— Нет, — его красивые губы чуть кривятся. — Там все строго. Если бы тебя приняли, ты бы уже была в университете. Отказаться от приглашения нельзя. Но я не хочу напрягать и даю выбрать конкретную дату.
— А может, ты просто издеваешься надо мной?
— Я не трачу время на ерунду.
— Тогда в чем подвох? — задаю вполне резонный вопрос. — Ты весь такой добренький, предлагаешь мне забрать мои вещи, организовываешь поступление в элитный универ. Ради чего тебе это?
— Я так захотел.
— Не похоже на ответ.
— Если тебе станет легче, мой отец не в курсе моих планов, — говорит Леднов и помедлив, оскаливается: — Мы же не хотим, чтобы его хватил удар раньше времени.
— Ты помогаешь мне, чтобы его позлить? — выдвигаю единственную теорию, которая выглядит логичной. — Ну решил выручить дочь врага.
— Да ему наплевать, — хмыкает. — Думаешь, мой отец помнит о твоем? Отработанный материал. Это его больше не волнует.
Меня передергивает. Но я осознаю, Леднов прав.
— Не понимаю, — говорю тихо. — В чем твой интерес?
— Раз тут ты выдохнуть не можешь, то держи.
Он бросает мне ключ, который я ловлю, повинуясь безусловному рефлексу.
— Это от соседней квартиры, — выдает Леднов. — Туда доставят твои вещи.
— Что за квартира?
— Твоя.
— Нет, я не согласна.
— Ладно, — в его глазах вспыхивают странные искры. — Раз тебе приятнее жить в халупе, то получишь свой гардероб туда. Все не влезет, но часть пристроишь.
— Благодарю, но я в этом не нуждаюсь.
— Гордая, — протягивает с насмешкой.
— Я знаю, что бесплатно ничего не бывает, а ты не отвечаешь на мои вопросы и не объясняешь, ради какой цели затеял все это, — выдыхаю. — Я отказываюсь от твоего предложения. Я решу проблемы самостоятельно.
Я смотрю прямо в его глаза и думаю о том, что ртуть выглядит точно также. Опасная. Ядовитая. Токсическая. Гремучая.
— Мы еще увидимся, — обещает Леднов.
4
Я падаю на свою кровать без сил. После напряженного дня, проведенного на ногах, нет никакого желания шевелиться. А сколько еще таких дней будет? Множество. И ладно бы еще результат был, но нет ничего, мне до сих пор не удается найти новую работу. Если раньше я без проблем устраивалась официанткой, то теперь лишь стоит назвать свою фамилию, сразу получаю в ответ — «Прости, нам нужна другая кандидатура». В одном баре я решаю провести эксперимент и называюсь именем подруги, никаких проблем не возникает. Вот только для трудоустройства необходимо показать документы. Ложь не пройдет.
Похоже, Леднов пошел дальше, теперь я не просто в черном списке для всех учебных заведений страны, но и работу найти не смогу.
Интересно, какой Леднов? Сын или отец?
Хотя нет. Не интересно. Мне бы лучше разобраться с тем, как из этой западни выбраться. Прийти на поклон? Принять все условия? Черта с два! Так быстро и легко я не сдамся. Им придется подождать, пока я окончательно потеряю надежду.
Может, раздобыть поддельные документы? Ну да, прекрасная идея, лучше не придумаешь. Пойти против закона, дать врагам реальную причину для расправы.