— А как же твой брат?
— Джосс? Он приведет «Афродиту» в Англию, как только разгрузится. А после этого собирается изучать юриспруденцию. Я буду заниматься корабельным бизнесом, у Бел будет ее благотворительность. Семья будет вместе, вот что самое главное. — Он улыбнулся. — Мистер Уилсон согласился управлять твоим сахарным кооперативом, если тебе интересно. В ее груди затрепетала надежда.
— Уверен, что ты хочешь на мне жениться? Я ведь теперь бесприданница, как ты понимаешь.
Грей засмеялся:
— Посмотри на мой корабль. Он обошелся мне в огромную сумму, даже «Кестрел» пошел на оплату сделки. Но это самый быстроходный корабль, какой только можно найти. — Он взял ее руки в свои. — Забудь о деньгах. Забудь о свете. Забудь о правилах. Мы ведь не умеем следовать правилам, помнишь? Мы должны следовать нашим сердцам. Этому ты меня научила.
Он привлек Софию к себе, положив ее руки себе на грудь.
— Боже, милая, разве ты не знаешь? Ты покорила мое сердце с первого дня нашей встречи. Для меня следовать своему сердцу — значит следовать за тобой. И я последую за тобой на край света, если придется. — Он бросил веселый взгляд на капитана. — Хотя, полагаю, ваш уважаемый капитан предпочел бы, чтобы мне этого делать не пришлось. Думаю, он рад был бы поженить нас прямо сегодня, лишь бы от меня избавиться.
— Сегодня? Но мы никак не можем, — сказала София. Он поднял брови.
— Нет, мы можем.
Он утянул ее на другую сторону корабля подальше от глазеющей толпы. Обняв ее, он наклонился и прошептал:
— С днем рождения, любимая!
София растворилась в его объятиях. Ведь сегодня же ее день рождения! День, которого она с нетерпением ожидала уже несколько месяцев, а теперь совершенно забыла о нем. Пока Грей не появился на горизонте, она вообще ничего не ждала и не предвкушала.
Но теперь она вновь с нетерпением будет ждать. Будет ждать свадьбы и детей, любви и необыкновенных приключений. Настоящей жизни и подлинной страсти. И все это связано с этим человеком.
— О, Грей!
— Пожалуйста, София, скажи «да», — прошептал он. — Я люблю тебя. — Он поцеловал ее в щеку и слегка отстранился. — Какое упущение с моей стороны, что я не говорил тебе этого! Ты и представить не можешь, как я об этом сожалел. Но я люблю тебя, София Джейн Хатауэй. Любовь так переполняет меня, что, кажется, я сейчас взорвусь. А вообще-то я взорвусь, если сейчас же тебя не поцелую, так что если ты настроена сказать «да»…
София обвила руками его шею и поцеловала его. Сначала крепко, чтобы успокоить этого безумца, потом нежно, чтобы насладиться его вкусом. О, как она любила его вкус — вкус свежевыпеченного хлеба и рома! Теплый, благотворный и успокаивающий, с легким привкусом авантюры и опасности.
— Да, — выдохнула она, слегка отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Да, я выйду за тебя замуж.
Он крепче сжал ее талию.
— Сегодня? — спросил он.
— Сегодня. Но сначала ты должен позволить мне переодеться. — Улыбнувшись, она погладила его по щеке: — Ты даже побрился.
— Брился каждый день, как мы отплыли с Тортолы. — Он грустно улыбнулся: — Появилось несколько новых шрамов.
— Хорошо. — Она поцеловала его. — Я рада. И пока я с тобой, меня не беспокоит, что общество отвергнет нас из-за того, что мы пираты.
— В том, что общество отвергнет нас, я не уверен. Мы определенно не пираты. После твоей великолепной речи в суде, — он рассмеялся, — Фицхью решил воспользоваться этой ситуацией, обратив ее в свою пользу. Он, вероятно, подумал, что раз уж он не может способствовать своей карьере, приговорив меня, он добьется этого, отметив меня. По приговору суда «Кестрел», как спасенное имущество, был передан в мою собственность, потом судья представил меня губернатору, потом меня внесли в списки особо отличившихся героизмом. Ходят разговоры о присвоении рыцарского звания. — Он усмехнулся, — Ты можешь этому поверить?
— Конечно, я этому верю. — Она положила руку ему на затылок и ласково потеребила волосы. — Я всегда знала, что ты герой, хотя мне следует проклинать этого судью и этот «список особо отличившихся». Как будто ты нуждаешься в этом. Кем бы тебя ни считали — джентльменом или негодяем, героем или пиратом, знай, что для меня ты прежде всего мужчина, которого я люблю.
Он поцеловал ее звонко, страстно.
— А кого из этой когорты ты предпочитаешь видеть рядом с собой сегодня ночью? — От соблазнительного рыка в его голосе дрожь возбуждения прошла по ее спине. — Своего джентльмена? Своего негодяя? Своего героя или своего пирата?
Она рассмеялась:
— Полагаю, что время от времени я буду наслаждаться каждым из них по очереди. Но сегодня я, пожалуй, буду радоваться тому, что ты мой муж.
Он прислонился своим лбом к ее лбу.
— Я люблю тебя.
— И я люблю тебя.
Эпилог
Лондон, пять недель спустя
Сегодня София никого не ждала с визитом. Всего несколько дней назад они с Греем тихо прибыли в его городской особняк, и пока единственные два письма, которые она отправила — одно матушке и другое сестре, — оставались без ответа. Было еще слишком рано надеяться на отклики.
Однако сейчас в дверях стоял Херст, держа в руках поднос с визитной карточкой.
— К вам гость, мадам. Леди Люсинда Трескотт, графиня Кендалл.
— Это все-таки ты! — Обойдя слугу, Люси вошла в гостиную. — Я слышала, что ты вернулась, но до этого момента не могла в это поверить.
— Люси. — София в изумлении поднялась, а вместе с ней и Бел. — Позволь мне представить тебе мою золовку, мисс Грейсон. Откуда ты узнала о моем прибытии?
Вежливо кивнув Бел, Люси прошла через комнату и восторженно заключила Софию в объятия.
— Джереми слышал о том, что твоему мужу официально выразили благодарность. Вот так я и узнала, что ты здесь. — Она внимательно оглядела Софию с головы до ног. — А теперь расскажи мне, где же ты все-таки была.
— Навещала твоих кузин. — Внимание Софии привлекла странная выпуклость, мешающая их объятию. — Люси, ты ждешь ребенка!
Улыбаясь, Люси взяла руку Софии и положила на свой округлившийся живот, а свою положила на плоский живот Софии.
— А ты еще нет. По крайней мере, пока ничего не заметно.
Пока, София улыбнулась, оставив свои подозрения при себе.
— Что ж, — сказала Люси, — свет будет разочарован. При упоминании света София почувствовала раздражение.
— Люси, тебе не следовало бы здесь показываться. Графиня не должна быть связана с таким скандалом.
— Скандалом? Твоего мужа должны произвести в рыцари. Из него сделали Ланселота, Робин Гуда и лорда Нельсона в одном лице. Ты будешь почетным гостем на каждом званом обеде в Лондоне. — Люси вытянула шею, выглядывая в коридор. — А где же наша живая легенда?
— Грей? Он у себя в конторе. — София усадила подругу в кресло. — Но даже если он и получит официальную благодарность, меня на этих обедах теплый прием уж точно не будет ожидать. Моя репутация основательно подпорчена.
— Из-за того, что ты разорвала помолвку?
— Из-за того, что я тайком сбежала с выдуманным французом!
— Ты имеешь в виду Жерве? — Люси рассмеялась. — Ах, об этом никто не знает. Твои родители сказали всем, что ты заболела, и тебя отправили на морской курорт для поправки здоровья. Конечно, ходили некоторые слухи, но тот факт, что ты безумно, страстно влюбилась в героического морского капитана, прекрасно подтверждает эту историю. Ты ведь действительно влюбилась в него, безумно и страстно, не так ли?
София кивнула, потеряв дар речи от изумления. Неужели это правда? Ее родители, ее сестра, ее покинутый жених, ее друзья… все они сохранили ее бегство втайне?
— О, я так и знала! — Люси хлопнула в ладоши. — Ты должна рассказать мне все.
— Наверное, как-нибудь в другой раз. — София бросила взгляд на Бел.
— Понятно, — прошептала Люси, проследив за ее взглядом. — Неужели история настолько увлекательна? Что ж, отложим ее до следующего визита. — Она окинула Софию оценивающим взглядом. — Если твоя репутация подпорчена, то, должна сказать, это тебе к лицу. Ты прекрасно выглядишь.